Как у тебя наберется полетов десять, поймешь, что капсула невероятно удобна. Экипаж зачастую летает, не пользуясь капсулами, если маршрут составлен без прыжков. Представляешь, вся жизнь проходит в космосе, в этой тьме, — Ли посмотрел вверх.

Мне гораздо больше нравилось смотреть в его глаза, чем в иллюминаторы, поэтому я чуть было не отшатнулась от Ли, когда в его глазах отразились вспышки.

Помещение осветилось.

Тьма за иллюминаторами сменилась пятнами разных форм и размеров. Они кружились, сворачивались, перекручивались, перетекали друг в друга. «Дрожь» корабля стала еще явственнее, застучало что-то снизу.

Чем ярче становились пятна и занятнее их перемещения, тем громче стучало, вибрировало и тряслось под нами. Глаза заслезились: очарованная необычайным зрелищем, я забывала моргать.

Какие удивительные, переливающиеся цвета… Мне начало казаться, что они сливаются в один; только я определялась с каким-то одним цветом, как он менялся. Беспрестанное мельтешение вызывало головную боль, но как отвести взгляд?

Центаврианин мягко взял мое лицо в ладони и заставил смотреть на себя. Поначалу я не видела его лица: перед моим взором все еще кружили хороводы пятна цвета.

Восторг переполнял, меня так и подмывалось вновь задрать голову и продолжить наблюдать за феерией цвета.

— С днем рождения, Нина.

— А? — я озадаченно моргнула. — С чем?

— Вы ведь отмечаете дни рождения каждый год? Так вот, сегодня – твой двадцать шестой день рождения. Поздравляю.

Ли поцеловал меня; это еще больше вскружило мне голову. Я дрожала не столько от тряски корабля, сколько от восторга. В темных глазах центаврианина плясали разноцветные отблески.

— А я и забыла…

— А я напомнил.

— Спасибо… Это так… — слов не находилось, чтобы выразить то, что я увидела.

Восторг переполнял. Я знала, что в полетах используется эо-энергия, но не знала, как именно. И тем более не знала, что процесс выброса использованной энергии может быть так красив…

Ли отвел меня в сторону и заставил ухватиться за поручни.

— Во время прыжков неполадки с техникой, поэтому перед прыжками переходят на эо-энергию. Пятна и круги цвета, что мы видим – это преобразованная и израсходованная эо-энергия. Какое-то время после выброса энергия играет цветом, а потом – наступает привычная тьма.

Мы вот-вот пры…

Хоп! Не держись я за поручень, свалилась бы – так сильно тряхнуло. Пропало освещение.

— Где свет?! — воскликнула я.

Ли бессовестно расхохотался. Сердито фыркнув, я пихнула его в плечо… правда, в темноте я промахнулась и попала в стенку. Пальцы заболели.

— Хватит смеяться, цвин ты рогатый! Почему погас свет? Что случилось?

Центаврианин продолжал смеяться, но совесть все-таки пробудилась в нем, и он объяснил:

— Не беспокойся, системы быстро оптимизируются.

Так и вышло.