Я отошла, надеясь, что моя затея удастся.

Как только все прошли к капсулам, и Солд с подозрением на меня посмотрел.

— Ты проходила медосмотр до инструктажа?

— Да, товарищ лейтенант. Я здорова, — мой голос спланированно дрогнул.

— В чем тогда дело?

— Не могу знать, товарищ лейтенант.

— У девушки плохая энергетика, — заявил врач. — Она вся серая.

— Конкретнее, гражданин.

— Учащенное сердцебиение, приступы страха, легкая тошнота… Так обычно проявляется астрофобия[1]. Если девушка проснется во время перемещения, страх может вернуться, а сердце подвести.

— Астрофобия, значит. На выход, Ветрова, — безапелляционным тоном приказал Солд. В ярких глазах хорошо читалось удовлетворение. Он тоже рад, что я останусь. Считает это справедливым.

Мы прошли идентификационную кабинку, «рукав» и вернулись в коридор станции. Солд позвонил по ТПТ, чтобы отчитаться, что курсанты отправлены на Хауми.

— …Отправлены все, кроме одной курсантки. Врач не допустил ее до полета. Астрофобия. Да. Да, первый курс. Так точно…

Лейтенант резко остановился. Судя по тому, как окаменело его лицо, он услышал что-то неприятное.

— Возвращайся, Ветрова. И скорее.

— Т-товарищ лей…

— Выполнять!

Я не сдвинулась с места, и тогда Солд взял меня за руку и быстро потащил обратно в «рукав». Мы снова прошли идентификационную кабинку; стюард и врач еще стояли у проема.

— Курсантка летит, — низко сказал Солд. Интонации его голоса были такими угрожающими, что мужчины поежились. Впрочем, врач осмелился сказать:

— Вы осознаете, что сильная фобия может стоить девушке жизни?

— Курсанты должны уметь подавлять страх.

— Но если он глубинный и…

— Приказ вышестоящего. Вы хотите оспорить решение?

— Занимайте капсулу, — сдался стюард.

Я негодующе посмотрела на Солда. Он негодующе посмотрел на меня. Врач негодующе блеснул глазами и сложил руки на тщедушной груди. Сложившаяся ситуация никому не нравилась, но мы не могли ничего изменить.

Я шагнула в проем, дошла до ближайшей свободной капсулы, улеглась в нее по разметке. Стенки капсулы сомкнулись.

«Чтоб вас приподняло да хлопнуло, товарищ майор!» — пожелала я и заснула.

Я открыла глаза. Матовые стенки капсулы опустились, показывая знакомое помещение и знакомых же курсантов. Они зевали, тянулись, лениво обменивались шутками, вылезая из капсул.

Прохладная рука коснулась моего лба.

— С вами все в порядке, — удивленно произнес врач. — Вы просыпались во время перемещений?

— Нет, спала, как младенец.

Я приподнялась и улыбнулась. В ушах звенело и немного болела голова.

— У вас астрофобия, — строго сказал лирианец, не ответив на улыбку. — Вам нельзя было лететь. То, что вам повезло на этот раз, не говорит о том, что вам будет везти всегда.