— Ты недовольна, — отметил наставник. — Ты злишься. Но не стоит жалеть о произошедшем. Звезды каждому из нас готовят жизненный путь, и не всегда он лепестками роз усеян.

— Вы могли бы предупредить.

— Ты росла миролюбивой тихой девочкой. В тебе сложно было заметить то, что сейчас я вижу отчетливо. Ты — боец. И ты ступила на свой путь. То, чем занимался твой отец, ты продолжишь. Там, где он допускал ошибки, ты не допустишь.

— Почему вы так уверены в этом?

Наставник повернулся к саду, показал рукой на цветущие растения, на богатую зелень. Я больше обратила внимание на его тонкие полупрозрачные пальцы, чем на прелесть сада. Он опытен, он мудр, несмотря на юный облик. Может быть, мне, в самом деле, было лучше расти в неведении?

— Ты любишь мир. А отец твой любил войну. Это был смысл его жизни. Не вы. Он женился не по любви, а по необходимости. Союз ставил жесткое ограничение: ни один военный не пойдет в бой против спящих, пока не оставит потомство.

— Если бы это была только необходимость, ему было бы достаточно одного ребенка, а нас четверо.

— Владимир, отец твой, имел не одну жену. Первая жена родила ему двоих сыновей — Агапия и Аркадия. С первой женой его случилось несчастье… Как только выдалась возможность, Владимир увез сыновей на самую безопасную планету самой безопасной системы Толимана — Горунд. Чтобы без опасений воевать против спящих. Чтобы знать, что его род продолжится.

Я помолчала. А что тут еще скажешь? Разве что можно спросить, что за «несчастье» случилось с первой женой. С первой… женой…

— Что с ней случилось?

— Она ушла к Звездам.

Я опустила голову, в которой нехорошо зашумела кровь. Голова и без того болела после бессонной ночи… Такого быть не может, что Агап и Кеша — не… Может. Но как же так? Нас растила одна мама!

— Ты ведь задавалась вопросом, отчего старшие братья зарегистрированы на пять лет раньше? Вот и ответ. Владимир планировал отдать старшего сына в лучшую Военную академии Союза людей — в ту, в которой ты учишься. Поэтому был выбран Горунд. Но случилась большая беда. Нападение на Еву-2 спутало все планы. На несколько лет Владимир пропал для своих сыновей… А вернулся уже с другой женой и двумя детьми. Чтобы пропасть снова, — печально закончил наставник.

— Но как … и Агап, и Кеша своей матерью всегда считали…

— Викторию. С родной матерью они были разлучены так рано, что и не помнили ее лица. И настоящей матерью стала им та, чью утрату ты так тяжело переживала.

— Это все не так уж важно, — решила я. — Не понимаю, зачем вы вообще мне все это рассказали. Могли бы оставить меня… как вы сказали? «В неведении».

— Ты сама захотела узнать. Я увидел этот вопрос в твоих глазах.

— Вы могли солгать, просветленный.

— Зачем? Это не такая уж страшная правда.