– Димка подошел к спящей Лерке и погладил ее по голове. – Ты сиди здесь, а я пойду поброжу по дому, посмотрю, кто охраняет дом.

– Господи, а что ж дальше-то будет? – с тревогой спросила я.

– В смысле?

– Я говорю, что будет после того, как мы отсюда выберемся?

– Ничего не будет. Поедем в Симферополь, сядем в самолет и вернемся в Москву.

– А как же Катька?

– Ты сейчас лучше о себе подумай, да о своей дочери. Пока опасность угрожает именно тебе, а не твоей подруге.

Как только Димка направился к двери, я бросилась следом и крепко в него вцепилась:

– Я пойду с тобой. Не могу я сидеть, ждать у моря погоды.

– Ты что, совсем с ума сошла? А ребенок?

– Дочка крепко спит. Она по ночам не просыпается. Я пойду с тобой. Вдвоем не так страшно. Вдруг с тобой что-нибудь случится…

Димка улыбнулся и погладил меня по щеке.

– С каких это пор ты стала за меня переживать?

– Я всегда за тебя переживала.

– Не замечал… Ладно, нельзя терять времени, я пошел.

Я решительно преградила ему дорогу:

– Один ты никуда не пойдешь! Чтобы он не успел мне возразить, я быстро открыла дверь и вышла в коридор. Димка попытался затащить меня обратно в комнату, но я резко одернула его.

– Ладно, пошли, чокнутая, – прошептал он и взял меня за руку.

Мы спустились на первый этаж. В гостиной кто-то был: горел яркий свет, слышались мужские голоса. Мы спрятались за мраморную колонну.

– Немедленно иди наверх, – тихо скомандовал Димка и показал в сторону лестницы.

– Сам иди, – огрызнулась я.

Мы прекратили пререкания и стали внимательно слушать. По всей вероятности, в гостиной были двое. Один голос принадлежал Глобусу, а второй я слышала в первый раз. Димкино присутствие действовало на меня успокаивающе. Чувство страха отступило, я напрягла слух."

"– Мне кажется, что от этой бабы нужно избавиться, – говорил незнакомый мужчина. – Она слишком много знает, а живые свидетели нам ни к чему. Если она якшалась с Мазаем, значит, была в курсе его дел. Дурак! Повелся на ее тощую задницу и закрыл своим телом. Лучше бы он положил ее на себя, тогда бы все выстрелы достались ей. В деле с комерсом она тоже не пригодилась. Если комерс и в самом деле застрелился, а она свидетельница его смерти… Ума не приложу, какого хрена ему понадобилось стреляться! Как сыр в масле катался! Мы года два не могли его на крючок поймать. Когда он чувствовал опасность, моментально сваливал в Германию, а тут – на тебе, застрелился! Прямо мистика какая-то. Странно все это. Если девка и в самом деле видела, как он стрелялся, то в этом ничего хорошего нет. Сам знаешь, какие бабы болтливые. В его смерти она считает виновным именно тебя. Проболтается кому-нибудь. Короче, девка конкретно засветилась, кончать ее надо.

– Она вообще какая-то странная, – послышался голос Глобуса.