– А почему ты не с командующим живешь? Должен же кто-то денно и нощно ему помогать.

– А ты думаешь, я у него один? – усмехнулся Рэм, ставя передо мной две банки домашнего варенья и разворачивая рядом на салфетке большой ломоть хлеба.

– И откуда такая роскошь? – Я покрутила ближайшую баночку в руке и прочитала накарябанное карандашом на клочке бумаги: – Земляника?

– Мама с собой дала, – немного смущенно признался Рэм.

Кажется, что вместе с форменной курткой он сбросил с себя и образ важного адъютанта, и изрядно прилагающейся к нему спеси.

– У тебя замечательная мама, – одобрила я.

 – А если она тебе еще и кофе в дорогу положила, то нам точно не избежать служебного романа."

"На это Рэм только рассмеялся, ловко отрезав несколько ровных кусков хлеба.

– За кофе я бы и сам с кем угодно роман закрутил, но увы, – развел он руками. – Могу чай с укрепляющими травами заварить.

– Давай чай, – согласилась я, уже жуя бутерброд.

Мага-стихийника видно сразу. Рэм не стал разводить огонь, просто обхватил ладонями старенький закоптившийся чайник, и спустя несколько секунд послышалось характерное бульканье.

– Откуда ты знакома с командующим? – с любопытством спросил адъютант, щедро засыпая травяной сбор в кружки и заливая его кипятком. – Признаться, я был очень удивлен, когда он согласился тебя принять. К магистру тяжело попасть даже высшим чинам.

– О, это долгая история, – решила напустить тумана я.

– Так мы и не спешим, – пожал плечами Рэм. – Ты же все равно до утра не улетишь.

– Ты меня уже и на ночь оставить готов? – удивилась я. – Точно не собираешься заводить со мной…

– Точно, – не стал дослушивать парень. Кажется, он уже и сам пожалел, что сказал мне о служебном романе.

 – Не выгонять же тебя в ночь, раз уж ты весь день дожидалась меня на крыльце.

А он не промах, языкастый. Наверное, других в адъютанты и не берут.

– И что же ты, бедный, целый день отбиваешь Рихарда Конарда от назойливых посетителей?

– Ты же видела, какая к нему очередь, – пожал плечами Рэм. – А моя главная задача – не пускать к нему кого не следует. Правда, магистр принимает не один, у него еще несколько помощников. Но из курьеров ты точно первая, кого он принял лично.

И снова он впился в меня заинтересованным взглядом.

– Я особенный курьер, – гордо ответила я, осторожно цедя кипяток из кружки.

– Особенно наглый?

– Кто бы говорил! Такого надменного типа еще поискать!

– У меня работа такая, – не согласился Рэм. – А вообще я очень вежливый, как видишь. – Я только усмехнулась на данное заявление. – К тому же до тебя к нему человек десять пыталось проскочить всеми правдами и неправдами. А парочка и кулаки в ход пустила. Где же мне столько вежливости на всех набрать? – пожаловался адъютант.