А ягоды драгона, смешанные с известью, медом и толченым корнем аскуса дадут нежнейший розовый оттенок для…

– Дэна, ты вообще слышишь, что тебе говорят? – раздраженный голос Черута врезался в мои мысли, как пьяный шмель, рухнувший в ромашки, не вписавшись в поворот между гладиолусами и розами.

– Что? – нахмурившись, посмотрела на мужа, явно сильно встревоженного.

– Смотри, – он кивнул на роту солдат, которая вышла из-за дома, увитого сочно-зеленым вьюнком, и заняла собой всю улицу.

Погонщики торопливо загоняли осликов поближе к стенам, освобождая воинам место.

Прохожие свернули в другие узкие улочки, как маленькие рыбки, вильнувшие в сторону из-за того, что им навстречу неслась голодная акула. Даже кошки, дремавшие на солнышке, бросились врассыпную, а цветы в горшках на ближайшем балкончике захлопнули бутоны, которыми только что красовались перед голубой чашей неба.

– Что-то точно случилось, – пробормотала я, когда Черут увлек меня за собой, к небольшому ресторанчику.

– Знамо чего, – проскрипел дедок, стоявший рядом. – Не слыхали, что ль?

– Мы только вернулись в город, – ответил дракон.

– А, значит, не знаете, что ночью-то сопротивленцы эти учудили! – старик затряс белой, до самого пояса, бородой. – Взрыв ведь был во дворце наместника, укокошили почти ирода! Охрана подоспела вовремя, перебила напавших, только двоим, говорят, улизнуть удалось!

– Теперь начнется, – муж помрачнел. – Дэна, надо спешить. Наверняка объявят комендантский час.

– Главное, мы вовремя успели, – запнулась, покосившись на дедка, – отвезти подарочки.

Наши малыши в безопасности, с родными. И над нами самими не завис меч магов, готовых без раздумий казнить всех, кто осмеливается противостоять их кровавому режиму.

Можно выдохнуть и жить дальше.

***

Так я думала, но судьба распорядилась по-другому. Потому что долгожданной передышки мы не получили. Стоило нам вместе с сумерками войти в дом, как стало ясно – еще что-то стряслось.

– Все прошло удачно? – спросила Таранта, выйдя нам навстречу с масляной лампой в руке. – Малыши дома?

– Да, наконец-то они со своими семьями, – на душе потеплело, стоило вспомнить счастливые личики.

– Хоть что-то хорошее, – взгляд женщины засиял, но потом она вновь помрачнела.

– А у вас что стряслось? – спросила я.

– Идем, увидишь, – она развернулась и пошла на кухню.

Мы с Черутом прошли следом за ней и спустились через потайную дверцу в подвал. Теперь, без прыгающих тушканов с воплем «Весело!» и остроухих хулиганчиков тут было пусто и уныло. Впрочем, не так уж и пусто. Я остановилась, услышав стон, и прошептала:

– Кто еще здесь?

– Смотри, – Таранта подняла лампу повыше.

Скупой свет высветил мужчину, лежащего на тюфяке.