– Почему ты полюбил Дану?

– Любят ни за что, а потому что, – выдохнул в ответ."

"Уже не помню, где это слышал. Наверное, в тот миг посмеялся над глупой фразой, от которой за версту разило сентиментальщиной, которую я тогда презирал. А теперь, когда отдал свое сердце любимой, смысл того изречения сам пришел ко мне, во всей своей простоте и мудрости.

– Всех всегда любили, – пробормотала девушка, покачиваясь, как водоросли в мутном воде пруда, затянутого ряской. – Мои родители любили друг друга и моего брата. Соседские девчонки одна за другой выскакивали замуж. Даже страхолюдины! И в них кто-то влюблялся!

В пьяных глазах протаяла боль.

Как сквозная рана, она сочилась страданием – застарелым, неизбывным, с хрустом жрущим душу.

– А меня никто не любил. Никогда, дракон. Почему? – посмотрела на меня пустым взглядом. – Все мужики меня хотели. Но ни любил ни один!

Она развела руками.

– Все хотели секса и денег. У меня их много, Черут. Больше, чем ты можешь себе представить! Я дико богата! Все могу купить, дворцы пачками! И не хуже, чем у Императора будет!

Барракуда взмахнула руками, а потом снова сникла.

– Веришь, я бы все отдала, честно, лишь бы на меня так хоть раз посмотрели, как ты на Дану! Хоть один-единственный раз! Я бы любые деньги за это отдала! Но любовь… – ноги подкосились, и Мирабелла шлепнулась обратно на пол.

– Она не продается, – закончил за нее я.

– Не продается, – послушно повторила девушка.

Она подняла с пола бутылку, перевернула и, убедившись, что та пуста, выругалась. – Жизнь – дерьмо!

– Какая ты – такая и жизнь, – тихо сказал я, глядя на нее.

Не так представлял эту встречу. До нее во мне тоже бушевала жажда мести.

Но сейчас, когда увидел это сломленное, раздавленное ничтожество, тот пожар мигом потух. Дрянь уже наказана.

Уж не знаю, каким образом так сошлись звезды, что она умудрилась влюбиться именно в того мага, которого расплющил, как лягушку, выброс Силы моей супруги. Может, он чары на нее навел, чтобы помогала с Дэной. Не важно. Теперь, когда Тревор мертв, уделом Мирабеллы стала боль. Даже такое гнилое сердце, как у нее, может рваться от боли и плакать кровавыми слезами. Ведь ничего уже не изменить.

А я должен воспользоваться тем шансом, который оставила мне судьба.

Моя любимая жива. И я все сделаю, на все пойду, чтобы спасти ее от Императора! Вырвать ее из его рук, прежде, чем он погубит самое светлое, чистое и доброе существо на свете! Девушку, за которую я готов, ни колеблясь ни секунды, тут же умереть в страшных муках – все, что угодно, лишь бы она жила!

Глава 33. Нельзя

Дэна

Темнота обтекает со всех сторон, как гнилая вода, из которой кто-то смотрит на меня. Жадно, с ненавистью. А я стою, как вкопанная, не в силах шевельнуться.