– Никакого стыда! – процедила Таранта, провожая взглядом сверкающие ягодицы. – Но задница хороша!

Мы с Шустриком переглянулись и захихикали.

– Так, – спохватившись, она обратила грозный взор на нас. – Рассказывайте, откуда это наказание свалилось на наши головы. И пойдемте уже, обед готовить пора! Уверена, вы, занятые голозадым драконом, даже огонь в жаровнях не сподобились разжечь!

***

Мое голозадое приобретение явилось, когда мы с Тарантой уже накрыли к обеду длинные столы в саду. Сейчас он был одет в серые брюки, свободную белую рубаху и производил впечатление вполне приличного дракона. Теперь, когда его волосы оказались чистыми, стало ясно, что они русые с рыжеватым отливом, который проявлялся под яркими солнечными лучами.

– Что, без одежды было лучше? – дракон ухмыльнулся, заметив на себе пристальный взор Таранты. – Могу снять.

– Пороли тебя в детстве мало, – пробурчала она. – Идем-ка, поможешь кастрюли принести.

Узнаю ее, улыбаясь, посмотрела им вслед. И сама без работы никогда не сидит, и всем другим мигом занятие отыщет.

К столу подтянулись и остальные работники. Сад наполнился людским говором, смехом и стуком ложек и дно тарелок. Черут продемонстрировал неплохой аппетит, а заодно и манеры – даже когда он размешивал сахар в чае, его ложка не стучала о чашку. Не соврал, и в самом деле дворянская кровь.

– Твой медальон не пострадал? – спросила я, когда Таранта выставила на стол сладкие пироги, мед и прочие сласти.

– Нет, – в зеленых глазах протаяла усмешка. – Тебе любопытно, что это за вещица, Дэна?

– Для тебя я Даниэлла.

– Думаю, жених сам может выбрать, как называть девушку, которую полюбил настолько сильно, что после пары часов знакомства тут же потащил под венец. Правда? – проникновенно посмотрел на меня.

В зеленых глазах плясали смешинки.

– Ну, так тебе не любопытно? – Черут достал из-за ворота рубахи изящный, но сильно поцарапанный медальон.

– Ну, если честно, то да, интересно, – призналась я, допивая чай с лимоном.

– Он достался мне от матери, – «жених» осторожно открыл его. – Здесь ее единственный портрет."

"Я придвинулась к нему поближе и вгляделась в изображение, частично стертое временем. Того, что еще оставалось, было достаточно, чтобы заметить фамильное сходство.

– Ты копия матери.

– Отец также говорил, – он тепло улыбнулся, задумчиво лаская взглядом женское лицо. – Правда, добавлял всегда, что я и характером пошел в нее, огненную драконицу.

– Постой, – я ахнула. – Так в тебе кровь одной из трех Императорских ветвей Драконьего древа?

– Забудь, – он поморщился. – Род давно разорился, славой себя покрыть мне не удалось, так что лучше забыть о корнях. Будь мать жива, она бы меня стыдилась.