— Ну что, воин, — серьезно посмотрел на мальчишку Зван, — готов князю послужить?

— Готов, — не рассуждая, кивнул Добрята. — Я за князя в огонь и в воду готов!

— А так, что о твоей доблести знать никто не будет? Так, что многие тебя и вовсе слабаком и трусом посчитают?

— Да… Как же! — на глаза мальчишки навернулись слезы. — Я же лучник из всей сотни лучший. За что меня так?

— За то, что служба такая, — серьезно пояснил Зван. — Ты про Тайный Приказ слышал?"

"— Это где боярин Горан голова? — сглотнул слюну Добрята, а по спине побежали непрошенные мурашки. Боярина Горана в этих землях боялись до икоты.

— Он самый, — кивнул Зван. — Я его правая рука, и эти люди тоже в Тайном Приказе служат.

— Это вы злодеев находите и пытаете? — поморщился Добрята.

— Нет, — покачал головой Зван. — Мы больше всякие нужные сведения узнаем. Ну, и воюем по-тихому. Так, чтобы никто не знал.

— Как это? — раскрыл рот Добрята.

— Ну, вот представь, идет вражеское войско на нас. Это хорошо?

— Да что же тут хорошего? — удивился мальчишка. — У меня отца германцы убили.

— А теперь представь, что если кто-то заранее про то войско узнал, и из лука вождя убил. А то войско подумало, что боги от них отвернулись, и домой пошло.

— Не будет так, не вернется оно домой, — помотал головой Добрята, но мысль понял и стал ее обдумывать. И впрямь, вражеское войско при гибели вождя вразброд пойдет.

— А еще князь каждого из моих мужей поименно знает и награждает из своих рук, — добил мальчишку Зван. — Тут не только у меня серебряная гривна есть.

— Согласный я, — кивнул Добрята. — Какого вождя надо из лука приложить? Я хоть сейчас готов!

— Не все сразу, отрок, не все сразу, — покачал головой Зван. И он добавил фразу, от которой лицо Добряты вытянулось. — Для начала ты научишься убедительно плакать.

Глава 40

Недалеко от баварской границы. Земли дулебов. Жуп Младана.

Зима! Время, когда реки превращаются в сухопутные дороги. Время, когда князь со свитой едет в полюдье. Время, когда он вершит суд и должен являть подданным мудрость и беспристрастность. Поезд из десятка телег и двух десятков всадников шел по льду реки Вотавы, что текла в дулебских землях. До нашего времени дошло название Отава, и этого было достаточно, чтобы пробудить в голове Самослава кое-какие воспоминания. Он ехал в земли жупана Младана. Ведь именно там было то, что он искал все это время. Главное сокровище, без которого молодому княжеству было не выжить.

Николай Семенович, который в прошлой жизни любил горные лыжи, отдыхал как-то на курорте Шпичак, что уютно расположился в Шумавских горах, недалеко от границы с Баварией. Курорт, как курорт. Ничего в нем особенного не было. За исключением одного. Город, в котором он располагался, носил название Железна Руда.