Не трать стрелу, – остановил его Лёха. – Я эту тварь голыми руками порву.

– Ну, попробуй, – огрызнулся бандит, заметно побледнев.

– А я и пробовать не буду. Даже на суд не потащу. Здесь шею сверну, а в деревню только голову принесу. На память, – презрительно усмехаясь, ответил Лёха и стремительно ринулся в атаку."

"Не ожидавший его броска бандит не успел выхватить тесак и, получив сильный удар по сломанной руке, взвыл от боли. Не останавливаясь, Лёха пнул его в колено и, поймав отставленную для сохранения равновесия левую руку бандита, сломал её о резко вскинутое бедро. Упав на колени, бандит глухо завыл от боли и бессилия. Зайдя за спину убийцы, Лёха ухватил его за голову и одним резким движением свернул ему шею. Наблюдавшие за схваткой охотники только охнули от такой быстрой расправы.

Отбросив обмякшее тело, Лёха отошёл к ручью и принялся старательно мыть руки, словно пытался стереть с них следы убийства. Удивлённо посмотрев на него, охотники молча переглянулись. Потом догадливый достал из-за спины маленький топорик и, подойдя к трупу, отрубил ему голову. Держа трофей на отлёте, чтобы не запачкаться кровью, охотник подошёл к Лёхе и, показав ему добычу, сказал:

– Не пачкайтесь, лэр. Я сам донесу это до деревни.

Молча кивнув, Лёха поднялся и, не оглядываясь, зашагал в сторону деревни. Так, в молчании, они и вернулись обратно. Староста, увидев жуткий трофей, только головой покачал и, дождавшись, когда парень утолит жажду стаканом вина, подошёл поближе и тихо сказал:

– Лэр, старухи уже закончили, осталось только подождать, пока жрец закончит читать молитвы.

– Значит, пора идти могилу копать, – с грустью вздохнул Лёха.

– Просто покажите людям, где копать. Они всё сделают, – ответил староста, указывая рукой на трёх мужиков с лопатами в руках.

– Спасибо, – кивнул Лёха и, жестом позвав мужиков за собой, отправился к побережью.

Спустя пару часов могила была готова. Поблагодарив кметов, парень побрел домой, попросив передать старосте, что утром будет в деревне. Перекусив оставшимися продуктами, Лёха глотнул вина и завалился на топчан в кабинете мага. Ему казалось, что Ленар всё ещё здесь, в доме, наблюдает за ним из какого-то укрытия со своей неизменной усмешкой на губах.

Утром, едва рассвело, Лёха уже был в деревне. Дождавшись, когда жрец отопрёт двери храма, кметы переложили завёрнутое в саван тело на носилки и медленным шагом направились к могиле.

Под плавный речитатив молитвы тело опустили в могилу, и Лёха, взяв лопату, принялся засыпать её землёй. Стоявшие вокруг крестьяне не рискнули остановить парня, признавая его право собственноручно похоронить единственного близкого человека.

* * *Шагая по лесной дороге, Лёха чутко прислушивался к окружающему его миру.