— Сейчас мама включит чайник, и мы сменим памперс, да, моя хорошая? И поедим… Алиса проголодалась?

Ответом мне был громкий возмущенный вопль. Еще бы! Сегодня она впервые пропустили ночное кормление, а значит, мне следовало поторопиться. Напевая что-то под нос, я набрала воды в чайник и пошлепала в ванную. Заботы о малышке теперь мне давались легко. Алиса росла, становилась самостоятельной. Ее все больше занимало происходящее — льющаяся вода из-под крана, яркие баночки с присыпкой и мылом, сверкающие хромированные аксессуары в истинно мужской ванной. Жизнь, во всех ее проявлениях.

Страх сжал мое сердце в кулак. Я так боялась, что не успею подарить ей свою любовь… Я так этого боялась!

Помыв малышку и обтерев ее полотенцем, я бросила в зеркало полный вызова взгляд. Не позволю! Никому и ничему не позволю отравлять мою жизнь… Даже если она будет недолгой… Я буду… буду счастливой!

— Мя!

— Сейчас, моя хорошая… Сейчас мама приготовит молочко…

Одной рукой это было не очень удобно делать, но, тем не менее, я справилась. Осторожно прижав малышку к себе, сунула соску в жадно открытый ротик и покосилась на лептоп Макса, оставленный им на деревянном подоконнике.

Была у меня одна идея. Я хотела понимать, насколько она осуществима.

— Что ищешь? — раздался тихий равнодушный голос за спиной, когда я, таки воспользовавшись компьютером Макса, серфила с сайта на сайт в поисках адреса ближайшей женской консультации.

— Ищу информацию.

— На тему? Вдруг я чем-то смогу помочь?

Я отвела взгляд от экрана, отчего-то задетая недоверием застегнутого на все пуговицы Сеничкина, сверлящего меня пристальным, абсолютно нечитаемым взглядом.

— Мне нужно посетить врача. Гинеколога, — вздернув бровь, сообщила я, внимательно наблюдая за его реакцией.

Непонятно, на что я рассчитывала. На то, что тот смутится? Отведет глаза?

— Всего-то? В квартале отсюда находится частый медицинский центр. Можем прогуляться.

— Прогуляться? — удивилась я.

— Почему бы и нет. Дворами идти пять минут. А за окном прекрасная погода.

Я зависла, выбитая из равновесия его странным предложением.

— Думаю, сначала нужно позвонить. Вдруг там нет мест или…

— Найдутся. Так ты собираешься, или как?

Разве я могла не принять этот вызов? Еще не понимая мотивов Сеничкина, я знала, что не уступлю ему ни капли пространства.

Не позволю думать, что я испугалась! Его… или кого-то еще. Мне хотелось во что бы то ни стало доказать, что я достойная пара для его племянника.

Из коридора послышался какой-то шум. Я оглянулась, досадуя на то, что мы все же разбудили Макса, но потом поняла, что звук идет от входной двери. Мой взгляд метнулся к Сеничкину.

— Это свои, не волнуйся.

Я уставилась на дверь и… замерла, скованная льдом черных глаз вошедшей в комнату женщины.