В одной руке она держала свечу из красного воска, а в другой старинную книгу с ветхими желтоватыми страницами.

Злыдень уселся на сундук, щуря глаза.

– Так, сердце на тебе, можно начинать, – бегло глянула Соня. – Повторяй за мной!

– Это моя роль? А что делать надо будет?

– Лиля! – в тоне подруги послышалось глухое раздражение. – Вот твоя роль – не отвлекайся!

Хриплым, незнакомым до этого голосом Соня принялась читать из своей книги. Мне ничего не оставалось, как подчинится. Слова были непонятными и очень сложными. Каждое как будто норовило обрезать язык острыми, как осколки стекла, краями.

Интересно, она это сама придумала, или откопала где-нибудь в интернете, на форуме давно вымерших языков?

Мы вот так сейчас дьявола случайно не вызвем? Или Пиковую Даму?

Я посмотрела на Злыдня, который сидел в позе копилки, уставившись на меня своими разноцветными глазами.

Во взгляде кота было столько осмысленности и презрения, что я чуть не запнулась на последней труднопроизносимой фразе.

– Сонь, мне этот текст в жизнь не запомнить, – не выдержала я. – Это что, латынь?

В комнате как будто что-то поменялось – стало холоднее, а еще откуда ни возьмись, появился сквозняк. Он шевелил мои распущенные волосы и складки платья, но, самое удивительное, не задувал свечи. Пламя горело ровно, как ни в чем не бывало."

"Несмотря на то, что вокруг похолодало, каменное сердце, которое свешивалось с моей шеи, почему-то стало теплым. Красные прожилки проступили ярче.

– Это уже неважно. Ты сделала все, что нужно.

– Серьезно? – обрадовалась я. – Значит, я могу идти?

– О да, Лиля, – рассмеялась Соня, и ее смех прозвучал зловеще. – Теперь ты, конечно же, можешь!

Подруга задула свою красную свечу и резко захлопнула книгу.

Сквозняк усилился. Только теперь это был уже даже не сквозняк, а самый настоящий ветер. Даже ураган!

Расплавленный воск от свечей на концах пентаграммы разноцветными ручейками потек по деревянному полу. В этих местах на нем появились трещины, сквозь которые стал просачиваться свет.

– Сонь, что происходит? – с опаской спросила я, пытаясь подобрать пышные складки платья.

Вот только оно не слушалось и, как пена, лезло из-под моих рук.

– Не переживай, Лиль. Все идет по плану.

– Это спецэффекты такие, да?

Свет становился все более ярким. Теперь он не то, чтобы просачивался, а прямо бил сквозь пол. Вспыхнули и границы пентаграммы. Усилился ветер.

– Спецэффекты, разумеется, – ухмыльнулась Соня и взяла на руки Злыдня. – Лиль?

– Что?

– Ничего личного.

– Я тебя не понима…

Подружка вдруг схватила своего кота за шкирку и швырнула прямо на меня.

Кот заорал и вцепился мне когтями прямо в грудь. Заорала и я, пытаясь отцепить от себя этот злобный ком белой шерсти.