– Или этот особняк находится в вашей собственности?

– Потрясающе наглое существо, – процедил Шакс. – Впрочем, это неудивительно.

Серьезно? Этот напыщенный болван назвал меня существом?

Я, конечно, все понимаю. Проректор явно сильно грустит по своему стильному пальто, которое осталось в луже.

Но это уже прямое оскорбление.

Не намерена такое терпеть!

– Знаете, я хотела искренне извиниться за произошедшее и прояснить ситуацию. Но сейчас понимаю, что не перед кем. Моих извинений вы не заслуживаете, – отчеканила я. – А заслуживаете как раз того, что с вами по стечению обстоятельств и произошло.

То есть с вашим сюртуком.

Риган Шакс оперся руками о стол и склонился ниже.

Я почувствовала себя, как на допросе, перед суровым и жестким следователем.

Так себе ощущение, если честно.

– Хотела бы извиниться – привела его в порядок и отдала мне. Хотя, чего еще можно было ждать от девки Цезариона?

– Какая я вам девка? – вскипела я. – Выбирайте слова, господин проректор!

– Самая настоящая. Вульгарная, беспринципная, распутная и продажная шестерка великого кесаря, – выпалил Риган. – Если ты полагала, что надев это небогатое платье и заплетя волосы в две скромные косы, ты сможешь поменять мое мнение, то глубоко заблуждалась.

Я видел твой истинный облик. Этот невинный вид меня не обманет!

– Вы слишком зациклены на себе, господин проректор, – усмехнулась я. – Едва ли я ставила своей целью произвести на вас приятное впечатление. Едва ли вообще думала о вас!

– А вот я о тебе думал. Думал о том, как наказать маленькую дрянь, которая не отвечает за свои слова.

– Неужели представляли, как я стираю ваш драгоценный пиджак? Ну, у вас и фантазии, хочу сказать.

Так долго думать о какой-то левой девушке – по-моему, в этом есть что-то патологическое.

– Мы оба знаем, что никакая ты не левая. А очень даже правая, – с нескрываемой ненавистью вымолвил Шакс.

– Не понимаю, о чем вы.

– Прекрати. Думаешь, я не догадался, кто ты, и зачем сюда пришла?

– Лили Вирен из Этроссии. Приехала ради того, чтобы поступить в Академию Ясности и Достоинства.

– Ложь! – гневно сверкнул глазами проректор и схватил меня за запястье. – Ты, шпионка кесаря Меракса Цезариона, явилась сюда за тем, чтобы выведывать и вынюхивать для своего господина.

Сколько он тебе заплатил? Что пообещал? Титул, замок, землю?

Блин, а вот это уже совсем нехорошо! Одно дело, если Риган Шакс испытывает ко мне неприязнь из-за случившегося во дворе Стальной Башни. И совсем другое, что он считает меня доносчицей кесаря.

– Вы не в своем уме, господин проректор. Я действительно никоим образом не связана с Цезарионом и нахожусь здесь исключительно по своей воле. Вернее, по зову своего сердца, которое искренне желает здесь учиться.

– Ну, разумеется.