Точнее, не считает нужным. Он хочет сразу все подмять под себя, поэтому я ничего не жду хорошего от их разговора. И очень надеюсь, что Алекс не сболтнет лишнего, иначе Северный полюс станет реальностью еще быстрее, чем я себе представляю.

Когда подъезжает машина, я не жду, выбегаю мужу навстречу. И по его лицу все понимаю — я была права. Нашей спокойной размеренной жизни пришел конец.

— Что он от тебя хочет? — спрашиваю, заглядывая в глаза, но Алекс прячет их и старается на меня не смотреть.

— Пойдем в дом, Доминика, я не хочу разговаривать здесь.

— Что он от тебя хочет? — цепляюсь за лацканы пиджака и трясу изо всех сил. — Ты ему сказал?

Он неожиданно резко хватает меня за запястья и дергает на себя, и я изумленно моргаю. Алекс не Тим, он никогда не позволял себе жесткости ни со мной, ни с детьми. Талер определенно деморализующе действует на людей…

— Пойдем в дом, поговорим в кабинете.

— Хорошо, пойдем. Только отпусти меня, мне больно, — спокойный тон отрезвляет мужа, он проводит рукой по лицу, будто приходит в себя.

— Прости. Да, конечно.

Мы проходим в его кабинет — он самый дальний в доме, чтобы, когда Алекс работает, ему не мешали детские крики. У нас не такой большой дом, как у Тимура, Алекс мечтает о трехэтажном, и в этом наши мечты тоже уже давно стали разными.

Как только за нами закрывается дверь, Алекс подходит к бару, наливает себе виски в бокал и делает глоток, но я же вижу, как у него трясутся руки.

— Он показал мне план инвестиций на год. По договору, если я не выдерживаю финансовую нагрузку, я выплачиваю долю акциями. И по этому плану — теперь дрожит его голос, — через год ресторан уйдет ему, а я стану банкротом.

Самое последнее дело сейчас говорить, что я была права, хоть я действительно была права. В ресторан вложены и мои деньги, даже не мои, а Полинкины, поэтому я не могу развернуться и уйти.

Тим не станет просто так отжимать ресторан, который ему не нужен, это лишь повод диктовать свои условия. И судя по тому, что муж оттягивает неприятный момент, ничего хорошего Талер не попросил.

Подхожу к нему, кладу руку на локоть и спокойно спрашиваю:

— Алекс, что Тимур от тебя хочет?

Он долго смотрит на меня, потом делает еще глоток и, наконец, медленно отвечает:

— Не догадываешься? Тебя, Доминика. Он хочет тебя.

Глава 18

Мимо проносятся огни ночного города, я еду на заднем сиденье автомобиля в отель, где остановился Тимур. Алекс сказал, он хочет, чтобы я приехала к нему. Я догадываюсь, зачем, и Алекс тоже это знает.

Он сам меня попросил поехать. Я смотрела в его умоляющие глаза и чувствовала себя виноватой. За то, что спряталась в этом браке, когда мне было нужно, но так и не смогла полюбить своего мужа.

Алекс любил меня, возможно, и сейчас еще любит.