— Я… – Горло сжалось. Остальные части меня тоже напряглись. Смутные воспоминания медленно пробивались через мое похмельное оцепенение, по мере того как нарастала паника: вкус вина во рту, нежные руки и пьянящие поцелуи. — Ч-что произошло прошлой ночью?

Его правое плечо приподнялось в бесстрастном жесте, словно он ожидал именно такой реакции от меня.

— Ты знаешь что произошло.

— О, Боже. – Я затрясла головой в знак отрицания. — Что ты сделал?

Это быстро вывело Ксандера из себя, и его охватил гнев.

— Мы, – начал он. — Это сделал не только я. Нас было двое. Я трахнул тебя прошлой ночью, а ты трахнула меня в ответ.

Зажав простыню подмышками, я закрыла уши двумя руками.

Проклятье, чтояблядьнатворила.

— Я бы никогда этого не сделала, – это было все, что я смогла выдавить из себя, скрытый шок и отвращение делали мои слова тихими и хриплыми. — Ни за что.

Я чувствовала отвращение к самой себе. Мои родители воспитали меня лучше, чем это. Секс с юным сыном моего мужа? Им было бы так стыдно, если бы они увидели меня сейчас, облаченную в простыню, как стареющую даму из женского общества, приходящую в себя после псевдосовратительной бурной ночи.

Он схватил меня за запястья, заставив отвести их от ушей. Я вздрогнула от раздражения, вспыхнувшего в его глазах.

— Фраза «я бы никогда» не имеет никакого веса в этом разговоре, поскольку ты уже это сделала.

С принятием правды пришли эмоциональные слезы. Я чувствовала, как семена паники пускают корни, разрастаясь, словно маленькие ядовитые цветы. Зрение расплывалось, а глаза горели. Казалось, будто я натерла их кислотой.

— Нет, – простонала я, но вышел лишь тихий писк, когда мне не хватило воздуха, и грудь сдавило.

Его лицо смягчилось.

— Эй, дыши. Все будет хорошо, детка.

— Не называй меня деткой.

Я произнесла это раздражающее слово как ругательство. Что с ним было не так? Как он мог быть таким бессердечным? Слезы хлынули уже всерьез, и я отвернула голову в сторону.

— Джордан, – сказал он терпеливым тоном. — Посмотри на меня.

Я покачала головой.

— Пожалуйста, скажи, что все это был сон, – взмолилась я.

Схватив мой подбородок, он повернул меня лицом к себе.

— Мы оба знаем, что это не было сном. Иначе ты бы не плакала.

Я поморщилась.

Свет в его глазах потускнел, и он выглядел таким оскорбленным моей реакцией, что я опустила руку. Черт. Я даже не подумала о том, как он это воспринимает.

О, Боже, я была пумой, которая воспользовалась двадцатидвухлетним парнем. Это была не его вина. Мне следовало догадаться.

— Я не должна была втягивать тебя в это, – огорченно прошептала я. — Я... я была пьяна и обижена прошлой ночью, а ты был таким милым … – Или я так думала. Все, что я могла вспомнить, – это размытое пятно тел и вкус вина.