— Ксандер, я понимаю, что у вас с Генри есть разногласия, но я не стану слушать ни слова против него, – проговорила она уголком рта. Внешне она фальшиво улыбалась любопытным гостям, чтобы сгладить неловкую ситуацию.
Но мне было плевать, что они пялятся.
— Он промыл тебе мозги, – огрызнулся я.
— Неправда, – возразила она. — Он был рядом со мной, когда моя жизнь развалилась на части. Ты знаешь, что происходит, когда попадаешь психиатрическую клинику по предписанию суда? Они сказали, что я представляю опасность для себя и общества. Никто не мог меня вытащить, но Генри вмешался и взял на себя ответственность за меня.
Какого черта?
Я в ужасе уставился на нее.
— Ты добровольно дала ему доверенность? – спросил я, шокированный.
Генри заставил мою мать отказаться от карьеры и полагаться исключительно на него, как только они поженились. Я был ошеломлен, узнав, что Джордан планировала продолжать работать после свадьбы. Наконец-то кусочки головоломки встали на места.
Его не беспокоило, что Джордан «будет чем-то занята», потому что она уже принадлежала ему.
Джордан отказалась от своей жизни.
Черт.
Я с силой тряхнул ее за плечи.
— Что ты наделала, Джордан?
— Что ты имеешь в виду? – недоуменно спросила она.
— Он никогда не отпустит тебя, если является твоим опекуном, – озвучил я тревожащую правду. — Он уничтожит тебя.
Моя грудь сжалась при мысли о том, что злая тьма поглотит этот прекрасный, яркий свет. Солнце сядет навсегда и больше никогда не засияет.
Кинжал пронзил мою грудь, и я наконец понял, почему не хотел вести ее к алтарю, чтобы выдать замуж за другого мужчину, почему не мог отпустить ее и устраивал спектакль посреди ее свадьбы.
Я влюбился в невесту моего отца.
Тяжесть осознания подкосила меня. Я знал, что эти выходные закончатся плохо; я просто не предполагал, по какой причине.
Я хотел схватить Джордан за руку и убежать. Где угодно с ней было лучше, чем в самых роскошных местах без нее, но куда мы могли пойти? Мне было девятнадцать, и я учился в колледже.
"Обида, какой я никогда раньше не испытывал, захлестнула меня. Она была направлена на моего брата, больную мать и всех, кого я любил. Каждый раз, когда я хотел чего-то для себя, мои руки были связаны из-за них.
















Комментарии
Добавить комментарий