У меня не было никакого плана, но в какой-то момент я должна была вернуть клиентов и построить новую жизнь для себя и своего ребенка. Я предполагала, что со временем Ксандер откажется от моих поисков. В конце концов, у профессионального игрока НХЛ не было роскоши путешествовать по всему миру в поисках своей бывшей девушки.

Тем не менее я потратила свой ограниченный бюджет на ноутбук, чтобы смотреть его игры. После каждого гола он делал перед камерой тот же жест, что и тогда, когда я приходила на его игру, чтобы показать, что гол был посвящен мне.

То, как тяжело далась ему наша разлука, было видно даже через экран компьютера. Он играл еще грубее, чем раньше, зарабатывал столько же штрафов, сколько и голов, и ввязывался в драки, от которых лед заливался кровью, словно наказывая себя за потерю того, что могло бы быть между нами.

Похоже, он был далек от того, чтобы забыть меня, и боль в его глазах очень точно отражала мою собственную. Я приходила в ужас от тех крайностей, к которым он, казалось, доводил себя.

Наряду с гневом и обидой меня захлестнула глубокая печаль по нему, утопив в море отчаяния. Видеть, как он медленно разрушает себя, было мучительно. Мое сердце снова и снова разбивалось на миллион осколков, каждый из которых пульсировал от невыносимой тяжести тоски по нему."

"Во время одного из наших телефонных разговоров я спросила Пию, каково это – любить её мужа, Зейна. Она ответила, цитирую: «Больно, потому что иногда он делает невозможным любить его, но гораздо больнее жить без него».

Именно так я себя и чувствовала. Любить Ксандера было больно, это чертовски сокрушало меня изнутри.

Я не могла жить с ним.

Но я, безусловно, не могла жить и без него.

Само мое существо было разбито вдребезги, как хрупкая стеклянная ваза, которая разлетелась на бесчисленные осколки. Мое сердце было разорвано надвое: часть меня хотела жить свободно со своим ребенком, а другая часть существовала только с Ксандером.

Несколько мужчин, живущих по соседству, приглашали меня на ужин, предлагая избавиться от пустоты, которая поглощала мои мысли и угрожала поглотить меня целиком. Но от одной мысли о том, что кто-то из них прикоснется ко мне, мне становилось физически плохо – и не только потому, что я была беременна.

Я не находила удовольствия ни в окружающих, ни в их компании. Когда люди пытались подружиться со мной в местном кафе, я старалась держаться на расстоянии.

Жизнь без Ксандера превратилась в мучительное испытание. Каждое утро я просыпалась в поисках его, но мое сердце замирало, когда наступала реальность. Единственное, что меня ожидало в течение дня, – это холодная пустота будущего без него. Это была жестокая судьба – лишиться настоящей любви и мечты.

Но ночи были еще хуже, наполненные тишиной и холодом.