Я последовала за ним, едва поспевая за его длинными шагами.

— Ксандер, просто остановись и подумай о том, что ты делаешь.

Я, не веря своим глазам, наблюдала, как он вытряхивает каждую таблетку в унитаз, а после смывает их все. Этим он лишил меня последней крупицы свободы, которую я сохранила от него.

Его трясло от злости. В ярости он обыскал мою сумку на случай, если там припрятаны еще таблетки.

Внутри меня тоже бурлил гнев, готовый вырваться наружу.

— Прекрати, Ксандер! – закричала я. — Тебе двадцать два, и ты не понимаешь, что ребенок – это не игра.

Он резко повернулся ко мне лицом, его глаза сверкнули яростью.

— Ничего, – он взмахнул рукой в воздухе, — абсолютно ничего из этого не является для меня игрой.

— Ты понятия не имеешь об ответственности за ребенка.

— Напротив. Как ты думаешь, кто заботился обо всей моей семье все эти годы?

— Тогда почему ты хочешь снова поставить себя в такое же положение в столь юном возрасте?

— Ты хочешь знать почему? – закричал он. — Потому что ты принадлежишь мне, но отказываешься это видеть. Ты всегда стоишь одной ногой за дверью. Я хочу от тебя ребенка, чтобы ты перестала пытаться сбежать! – Он схватил меня за бицепс и слегка встряхнул.

— Ты хотела ребенка от него, а он был твоим обидчиком. Но я спас тебя от него. Так почему не от меня? Почему ты не хочешь родить ребенка от меня?"

"Праведный человек – опасный человек. Ксандер вел себя так, будто он добрый принц, сражающийся за спасение своей принцессы от дракона. Он не осознавал, что и сам является драконом. Пытаясь спасти, он заточил меня в своей собственной башне.

Я выпустила дрожащий вздох.

— Не думаю, что ты видишь общую картину. Я достаточно взрослая, чтобы быть..

.

Он дернул меня за волосы, кожу головы обожгло от боли, когда он заставил меня посмотреть на него.

— Не говори этого.

Я уставилась на него, не понимая, как относиться к его безумной одержимости. Наверняка это была какая-то недолговечная фантазия. Когда-то мне было двадцать два, и я знала, как действует мимолетное увлечение.

Я закрыла глаза.

— Пожалуйста, Ксандер, – тихо сказала я. — Прекрати это. Я слишком стара для тебя. Мы находимся на двух разных этапах наших жизней.

— Это опять про твой возраст? – Его голос тоже смягчился. — Такая женщина, как ты, не теряет привлекательности после тридцати.

Мне тридцать семь, – мысленно поправила я его, открывая глаза.

Он едко усмехнулся, как будто имел доступ к моему разуму.

— Ты все время пытаешься оттолкнуть меня, упоминая о своем возрасте. Ты понимаешь это?

Что еще мне оставалось делать? Ксандер не поймет моей точки зрения, пока ему не исполнится тридцать и он не достигнет своего расцвета. К тому времени я буду отмечать свой сорок пятый день рождения. Если он привяжет себя ко мне и ребенку, это испортит всю его жизнь.