Вообще-то все аргументы весомые, но последние годы мама Наташи стала все чаще прибаливать, в феврале состояние ее значительно ухудшилось, ее положили в больницу на обследование. Вот там и выяснилось, что нужна операция.

На экстренном семейном совете приняли решение, что к маме в Крым поедет Наталья – Ветка с Левой давно уже жили в Англии, где Лева преподавал в известном университете. Вета оперативно, за несколько дней, приехать не могла.

Наталья первым делом отвезла маму в областную больницу в Симферополь на углубленное обследование.

И началось! Она моталась из города в город каждый день, договаривалась о переводе Антонины Кузьминичны из одного отделения в другое – для все новых обследований.

А тут…

И тут случился конец февраля и март в Крыму.

По телевидению – только украинские каналы, и там такое сообщают и говорят, такое нагнетают, что становится совершенно очевидно, что не сегодня завтра начнется война!

И Крым будут бомбить.

А киевский майдан буйствует, а в Симферополе митинги и сходки народа у правительственных зданий…

Наталья видела толпы народа, несколько раз попадала в перегороженные улицы, приходилось объезжать окольными путями, чтобы попасть в больницу.

В Крыму становилось страшно находиться. Но Ринков звонил по нескольку раз в день и успокаивал:

– Натка, перестань смотреть украинское телевидение! Смотри российские каналы по Интернету. Ты же понимаешь, что если бы была действительная угроза, я бы уже давно вывез бы вас оттуда. Не паникуй!

– Но страшно же, Антон! – жаловалась она. – Что тут будет?

– Все будет нормально, солнце мое, – уверял он. – Пройдите обследование до конца. Не бойся, родная, я слежу за ситуацией. Малейший намек на что-то серьезное – я прилечу и увезу вас обеих. Прооперируем здесь.

И она верила ему, понимала: если Ринков говорит, что опасности нет, значит, ее нет.

И что в понимании мужа: «слежу за ситуацией», при том что она находится здесь, значит, что он по нескольку раз в день консультируется с весьма высокопоставленными людьми, разбирающимися в международной политике да, собственно, и вершащими эту самую политику.

Ну, это ей хорошо, у нее такой муж, а у остального Крыма таких мужей и родственников нет, людям по-настоящему страшно!

И вдруг в один момент украинское телевидение отключили, пустили российские каналы, и сразу стало легче и спокойнее. И уже вроде бы и не так все страшно.

А потом объявили референдум!

За неделю до референдума Наталья привезла маму домой. Теперь, после обследований, стало совершенно ясно, что без операции не обойтись. Был назначен определенный день, а до этого момента маму отпустили домой, дав массу строгих рекомендаций.