– Погодите, Генри, – Рузвельт жестом руки остановил своего вице-президента, собиравшегося возразить Доновану, – мы знаем ваши убеждения, но сейчас наши действия должны быть продиктованы сугубо прагматическими соображениями. Мы совсем не в том положении, чтобы позволить себе совершать поспешные и необдуманные поступки. Это касается и людей, имеющих прямо противоположную точку зрения на большевистскую проблему. После смерти бедного Уинни наш союз с Британией действительно пошатнулся. Да и вы сами знаете, полковник Донован, что не исключено, что в ближайшем будущем Советы станут нашим главным и единственным союзником против Гитлера и Японии, как бы мы к ним при этом не относились. Вам это понятно?

Присутствующие дружно кивнули.

– Дядюшка Джо сегодня именинник, – сказал адмирал Уильям Дэниэл Лехи, – наш военный атташе в Москве майор Итон, сообщил, что русские только что завершили скоротечную локальную наступательную операцию на центральном участке фронта. Разгромлена и окружена 2-я танковая армия гуннов, ее командующий в плену, русские кавалеристы ловят немецких солдат арканами, как всадники Атиллы. Сообщение об этом пришло буквально пару часов назад. В честь этой победы русские устроили в своей столице грандиозный салют.

– И что, – спросил Рузвельт, – дядюшка Джо действительно разгромил танковую армию гуннов своей кавалерией?

– Нет, мистер президент, – ответил начальник президентского штаба адмирал Лехи, – по официальным сводкам в этом деле участвовали механизированные части ОСНАЗ под командованием уже известного вам генерала Бережного. Это они за трое суток вдребезги разнесли боевые порядки гуннов, а кавалерия использовалась на завершающем этапе только для того, что было возможно наловить как возможно больше пленных, которых они наверняка уже отправили в свои ужасные лагеря в Сибири.

– Русские еще раз разгромили гуннов, – сказал Рузвельт, – это просто замечательно! Полковник Донован, что у вас есть по генералу Бережному?

– Фактически ничего, мистер президент, – ответил начальник Управления координатора информации, – в первый раз он объявился в Крыму, в самом начале этого года. Эта операция русских стоила гуннам разгрома 11-й армии и потери всех позиций на этом стратегически важном полуострове. Потом было наступление на южном участке фронта, окончившееся для немцев полным коллапсом, снятие блокады с Санкт-Петербурга, и взятие Риги. В конце марта мы потеряли этого генерала из виду, и вот теперь он снова объявился на фронте в ореоле победителя. Должен сказать, что ни один из наших людей даже не смог приблизиться к этому человеку. Сталин бережет его тайну также как мы золото Форт-Нокса.