По воле самой императрицы, под надзором Андрея Ивановича Ушакова, некий господин Мориц Линар, в которого, как выяснилось, была влюблена не только Анна Леопольдовна, но и её подруга… Так вот, этот саксонский господин некоторым образом, даже в грубом виде, отверг любовь Юлианы.

Как только с саксонского посла слетит посольская аккредитация… я в обязательном порядке с ним расквитаюсь. За всё. А то не дают мне с моими врагами счёты сводить — всё угрожают, что, если что-то с кем-то случится, в частности с Линаром, то все обвинения будут, мол, адресованы мне. В такой ситуации хоть ты организовывай охрану этому негодяю.

Хорошо, что хоть одному охрана уже ни к чему… Царствие небесное Алексею Григорьевичу Разумовскому… Это же надо, прямо у самого Смоленска напали бандиты на этого товарища.

Мои ли это были люди? Нет… и это меня сильно беспокоит. Оказывается, Тайная канцелярия, в частности Андрей Иванович Ушаков, обладает не такими уж и ограниченными ресурсами, если может организовывать такие операции. Ведь Разумовский, как потом стало известно, удирал в Малороссию, и при этом у него был неслабый отряд — не менее пятидесяти казацких сабель.

Правда, хватило лишь инсценировки ограбления в одном из трактиров, где Разумовского по-тихому убили в постели, а всё, что было с ним, забрали.

Я тоже забрал бы все то, что было при нем. Так как, по некоторым слухам, пусть и был пьяницей Алексей Григорьевич, но дело своё, как управляющий имениями, знал и приворовывал знатно. Ну так рядом с Елизаветой Петровной только полный дурак воровать не будет. Глупышка она всё-таки, и ленивая к тому ж, доверчивая донельзя.

— Я тебя ненавижу! — сквозь зубы тихо прошептала мне почти на ухо Юлиана, а уж потом громко произнесла: — Я согласна!

— Объявляю вас мужем и женой! — сказал батюшка, и началась проповедь.

Конечно же, священник не мог не воспользоваться моментом и не донести свою мысль до всех тех, кто присутствовал на этом торжестве. Здесь были и Андрей Иванович Ушаков, и Андрей Иванович Остерман, а также генерал-майор Лесли, Акинфий Никитич Демидов, Нартов, адмирал Головин… Да и много других высокопоставленных лиц, с которыми стоило бы дружбу водить.

Получалось так, что мои родители стояли чуть в стороне.

Будто бы не они главные люди — после, конечно же, венчающихся. Эта ситуация мне была не очень приятна, но я не хотел пока начинать диктовать свои правила. В планах было понемногу оттереть своего тестя от нашей семьи. А то что-то он посчитал себя вправе диктовать правила жизни и устройства семейных отношений."

"В соборе не смогли поместиться все те, кто хотел присутствовать на свадьбе и кого я лично звал. Так что когда мы, держась за руки с Юлианой, выходили из храма, нас встречала целая толпа людей.