Почему он так упорно выгораживает Бретани? Поневоле вспомнилось, как не так давно она предлагала ему заплатить телом за помощь в устранении меня. Такое чувство, будто неприступный и суровый глава личной службы безопасности его величества короля Рауля все-таки не устоял перед любовными чарами предприимчивой блондинки. Иначе с какой стати так упорствует?

По всей видимости, Элден подумал о том же. Потому что вопросительно вскинул бровь, смерив Фредерика изучающим взглядом.

— Извините, но сейчас, по-моему, каждая секунда на счету, — объяснил тот, без особых проблем разгадав причину затянувшейся паузы.

 — Дэниель на грани смерти. И мне очень не хотелось бы терять драгоценное время на заведомо проигрышные пути расследования.

— А я считаю, что разговор с Бретани как раз может быть крайне полезен, — упрямо возразила я. — Особа она чрезвычайно любопытная. Ни за что не поверю, что она не устояла перед искушением и не сунула нос в бумаги Дэниеля, когда ночевала в его доме."

"— И он, стало быть, спокойно наблюдал за этим действием? — Фредерик презрительно фыркнул. — Очень сомневаюсь. Насколько я знаю, Бретани Коул никогда не оставалась в доме Дэниеля одна.

Впрочем, и на целую ночь она ни разу не оставалась.

— А вот и ошибаетесь! — радостно воскликнула я. — Один раз Бретани Коул совершенно точно находилась в доме Дэниеля, когда он вообще отсутствовал в городе.

— Неужели? — с плохо скрытым недоверием спросил Фредерик. — И когда же сие знаменательное событие произошло?

— Когда он прилетел в Адвертаун в образе дракона! — выпалила я. — При этом никого не предупредив. Она ворвалась в его дом и все там перерыла.

Огонек сомнения, горящий в глазах Фредерика, стал отчетливее, и я торопливо добавила:

— Я сама это видела! Дэниель связывался с ней при мне.

И с величайшим трудом подавила такое понятное, правда детское желание показать вредному безопаснику язык.

И в самом деле, что он уперся, словно осел? Как будто и впрямь успел спеться с Бретани.

Фредерик мученически закатил глаза, всем своим видом показывая, что его мои слова не убедили. Но не успел ничего сказать. Потому что в этот момент прозвучало негромкое:

— Я поговорю с ней.

Я удивленно посмотрела на Артена Войса, который произнес эти слова.

Ректор академии устало сгорбился за столом. Задумчиво запустил пальцы в свою густую шевелюру и добавил:

— Не переживай, Фредерик. Ты прав, терять время нельзя. Поэтому я сам побеседую с Бретани и выясню, знает ли она что-нибудь.

— А если она заартачится? — все-таки предпринял последнюю попытку переубедить нас Фредерик. — Или, что еще хуже, примется выдумывать какую-нибудь чушь, лишь бы поднять свою цену в ваших глазах.

Артен медленно растянул губы в подобие улыбки.