И каких! Оба богатые да влиятельные! Попробуй тут определиться с окончательным выбором.

В раздумьях она подошла к дому. Привычно отомкнула дверь подъезда, поднялась на этаж. На лестничной площадке стояли три больших коробки. А это что еще за новость? Кто-то переезжает, что ли? Дай людям волю, так они весь подъезд заставят своим хламом.

Сначала надо хотя бы принять душ, а там уже решить, как ей поступать дальше со своими кавалерами. Вот будет смеху, если ее мужички когда-нибудь столкнутся у нее в квартире.

Ткнув ключ в замочную скважину, Лариса вдруг с удивлением обнаружила, что он не проходит.

А это что еще за чертовщина! И тут она увидела, что замок на двери был другой.

– Лариса, – услышала она за спиной негромкий мягкий баритон.

Повернувшись, она увидела молодого мужчину.

– Вы меня?

Сейчас она выглядела очень нелепой, крайне растерянной, но ничего не могла с собой поделать.

– Вас… Семен Валентинович просил сказать вам, чтобы вы больше сюда не приходили. Мы поменяли замок…

– Но…

– Это я вам советую для вашего же блага.

– Но что произошло?

– А вы не догадываетесь?

Следовало разыграть полнейшую дуру.

Может, все-таки проскочит!

– Конечно же, нет!

– Семену Валентиновичу стало известно, что вы встречаетесь с Николаевым. И он сказал, что желает вам обоим счастья.

В горле застрял острый комок. Потребовалось время, чтобы от него избавиться. Легкой походкой мужчина уже спускался по лестнице.

– Ах, вот оно что… Это очень благородно с его стороны, – не удержалась Лариса от сарказма. – Но ведь там мои вещи, как же быть с ними?

– Вот в этих коробках ваши вещи, – сказал мужчина, кивнув в угол площадки.

 – Не беспокойтесь, мы ничего вашего не взяли. Надеюсь, что мы с вами больше не увидимся.

Глава 24

Что-то здесь не так…

Получив разрешение на просмотр уголовного дела Покровского, Дмитрий Степанов тотчас же отправился в здание архива. Начальник отдела – высокий костлявый майор – вынес ему дело под номером «С-543» в потертой обложке.

Уже первая страница приподнесла сюрприз, заставивший Степанова несказанно удивиться: оказывается, Савин (он же Покровский) угодил в тюрьму за попытку изнасилования.

В среде уголовников изнасилование весьма презираемая статья. Правда, смущала довольно странная формулировка: попытка… Получается, что как такового изнасилования не было, а случилось всего лишь какое-то туманное устремление. Под такую нелепую статью можно подвести восемьдесят процентов мужиков, причем оставшиеся двадцать должны быть импотентами. В какой-то степени подобное определение является хорошей дубинкой против всякого нормального мужика.