В субботний день обстановка в коридорах и кабинетах МУРа ничем не отличалась от обстановки в другие дни недели, только женщин в штатском попадалось поменьше: у неаттестованных сотрудников рабочее время регламентировалось Кодексом законов о труде, а не Положением о прохождении службы.

Гордеев радостно собрал разбросанные по столу бумаги, засунул в сейф, а увидев коньяк, с понимающим видом тут же запер дверь кабинета изнутри и достал из тумбочки стаканы, консервный нож и стянутые в столовой вилки.

— Наливай, — скомандовал он. — Только без фанатизма, по чуть-чуть.

Вскрыли банки с сайрой, разлили коньяк, выпили по глотку, всего по одному, зато большому, закусили.

— Удачно съездил? — спросил Виктор.

— Нормально. Обещали даже премию выписать. Витя, я обдумал твою идею насчет театров, — начал Череменин.

— И что? Думаешь, глупо?

— Как раз наоборот. Идея дельная. Нужно собрать информацию. Поможешь? Я хотел официальным путем, даже в министерство приперся сразу с самолета, знал, что начальник сегодня на месте, надеялся запрос подписать.

— Подписал?

— Ага, три раза. По рукам дали. Мол, нельзя напрямую действовать, чтобы не разглашать. А у меня в Минкульте голяк, никого нет.

— Понял, — кивнул Гордеев и потер ладонью свою обширную лысину. — Есть толковый человечек, попрошу, он все сделает. Напиши мне на листочке города и даты, я ему передам.

— Спасибо, дружище. А сам как? Что с пропавшими детьми? Дело двигается?

— Нашли обоих, теперь ищут похитителей. Давай еще по глоточку, чтобы между первой и второй муха не пролетела.

Череменин слушал рассказ Виктора и думал о неустроенности мелких бытовых обстоятельств. Вот два взрослых человека, разумных, далеко не юных, вполне состоявшихся в профессии. Оба семейные и вполне добропорядочные. Почему они выпивают на рабочем месте, разливая дорогой напиток в стаканы и цепляя вилкой рыбные консервы прямо из банки, а хлеб отламывая руками? Они ведь не алкоголики. Нормальные здоровые мужики, которым нужно поговорить. Тогда почему в кабинете, запершись, без нормальных рюмок, без тарелок с подходящей закуской, без приборов и салфеток?

Потому что больше негде. В ресторан, если нет блата, реально попасть только днем, к открытию, к двенадцати часам. После двух уже сложнее, после пяти — вообще нереально. С кафе та же история. Но даже если тебе сказочно повезет и ты попадешь в вожделенное место, то крайне маловероятно, что тебе с товарищем удастся нормально и спокойно поговорить. Вас двое, столы как минимум на четверых, и либо к вам подсадят совершенно посторонних людей, либо вас самих подсадят к кому-то.