Или в каюте, где занимались любовью как сумасшедшие, или на верхней палубе у бассейна.

Мы не могли оторваться друг от друга. Казалось, на окружающий мир наложили какой-то фильтр: куда бы я ни посмотрела, везде видела только Джона. А он, только заходя в помещение, сразу безошибочно находил взглядом меня.

Это было безумие. Это была песня двух сердец, настроенных в унисон.

Я не могла понять, почему так долго сомневалась и сопротивлялась своему счастью. Ведь это так просто – быть счастливой. Нужно всего лишь себе позволить и открыться навстречу. А я так долго тянула, тонула в сомнениях, отталкивала Джона. В общем, глупая-глупая я. И такая счастливая.

Стакан с апельсиновым соком приятно позвякивал кубиками льда и холодил ладонь. Я отпила глоток и потянулась к приставному столику. Жизнь прекрасна и удивительна. И она улыбается тому, кто готов принять её дары.

Я перевернулась на живот и подставила отражённому навесом солнцу спину, щедро смазанную солнцезащитным кремом. Мы только вчера пополнили его запас в каком-то испанском городке. Жизненный опыт даётся нам не зря, теперь я демонстрировала своё тело солнцу, только находясь под надёжной защитой крема и навеса, который Джон велел устроить для меня над диваном.

Любимый выбрался из бассейна и обрызгал меня ледяными каплями. Разморенная жарким солнцем я лишь вздрогнула, но не двинулась с места.

– Холодная водичка даже приятна в такую жару, – сообщила ухмыляющемуся Джону, не открывая глаз.

– Не хочешь поплавать? – спросил он, растягиваясь рядом.

– Не знаю. Можно, наверное. – меня разморила лень, но в его компании я была готова отправиться куда угодно.

– Тогда я узнаю, где мы находимся, – Джон поднялся, быстро поцеловал меня в плечо и сбежал вниз по лестнице."

"Мне нравились его прикосновения. Особенно то, что Джон не мог от них удержаться. Он касался меня каждый раз, как оказывался рядом. Даже просто так, без эротического подтекста. Мне нравилось думать, что он так доказывает себе реальность моего существования. Потому что и я сама порой сомневалась, что всё это счастье мне не снится. Уж слишком острым и каким-то чересчур нереальным оно было.

– Загораешь? – голос Мередит тут же вывел меня из расслабленного состояния. Я внутренне подобралась, приказывая себе сохранять прежнюю позу. Но не выдержала и села на диване.

На Мередит был чёрный купальник, выгодно подчёркивающий каждый изгиб её идеального тела. Широкополая шляпа бросала таинственные тени на лицо, а скрытые зеркальными очками глаза не давали узнать их выражение.

Зато я отразилась в их поверхности во всей своей «красе». Волосы растрепались. Белые разводы крема неаккуратными пятнами покрывали кожу, кое-где уже начавшую облезать после ожога в первый день у бассейна.