– Что ж, думаю, я это заслужил, – вдруг заявил он, обезоруживающе улыбаясь. – Прости меня…

– Нет, – я пошла прочь от него, в сторону центральной аллеи, спеша покинуть это место, где вдруг стало невозможно дышать. Какой-то ком застрял у меня в груди, разрастаясь и впиваясь в тело острыми шипами.

Ни за что не расплачусь перед ним. Я шла очень быстро, почти бежала. Выскочила из ворот и повернула налево, вдоль канала. Когда решила, что оторвалась от него, остановилась, опершись на гранитный парапет, и разрыдалась. Второй раз за всё это время.

Почувствовала сильные руки, обнявшие меня сзади, яростно дёрнулась, вырываясь. Но Джон только крепче сжал объятия и держал меня так, пока я рвалась, стучала по нему кулаками, кричала, как ненавижу его и не хочу никогда больше видеть.

Спустя какое-то время силы закончились, и я затихла. Слёзы продолжали беззвучно течь по моему лицу. Джон прижался ко мне всем телом и уткнулся носом в волосы.

– Прости меня, – зашептал он мне на ухо, – пожалуйста, прости меня. Если бы ты только знала, как я сожалею…

Я молчала, но жадно впитывала каждое его слово.

– Я очень боюсь снова тебя потерять. И больше никуда не отпущу.– продолжал он. – Ты поедешь со мной в Нью-Йорк?

– Нет, – произнесла очень тихо, но покачала головой, подтверждая уверенность в своём отказе.

– Почему?

– Ты не веришь мне, – отстранилась и встала напротив Джона, вытерла слёзы, чтобы чётко видеть его. – А я не уверена в тебе, понимаешь? Кто-то опять придумает для меня западню, и ты поверишь не мне. И снова посадишь меня на самолёт без всякий объяснений. Меня это не устраивает. Мне нужен надёжный человек, тот, на кого я смогу положиться, с кем мы будем доверять друг другу.

– А если я осознал свою ошибку и понял, что ошибался в тебе? Если я пообещаю, что всегда в любой ситуации сперва выслушаю твоё мнение и уже после буду делать выводы?

Я ничего не ответила. Можно ли было верить ему на слово? Кем я буду там, в Нью-Йорке? Что если Джон устанет от меня или встретит другую женщину?

Нет. Моё решение оставалось неизменным. И я снова покачала головой.

И вдруг заметила, как он опустился на одно колено, схватила его за руки.

– Встань немедленно, здесь же люди ходят.

Но Джон перехватил мои ладони и поцеловал сначала одну, затем другую.

– За эти долгие пустые дни без тебя, я понял, как много ты для меня значишь. Я больше не хочу жить один, в пустоте.

Он отпустил мои руки и достал из кармана брюк маленькую чёрную коробочку, раскрыл её передо мной. На тёмном бархате блестел тонкий ободок платинового кольца с красивым крупным бриллиантом

– Ты станешь моей женой? – спросил Джон, заглядывая мне в глаза.

Я растерялась.