Ты можешь вращать изображение, смотреть на фасад и на обратную сторону. Если речь идет о машине, посмотреть, как она выглядит при дневном освещении и ночью. Ты можешь вертеть ее во всех плоскостях, изучать с любого направления. Ты можешь устроить катастрофу и посмотреть, что получится. Все кажется реальным, но на самом деле дом и машина реальны только в виртуальном мире.

– И каков твой вывод?

– Я представляю всю ситуацию в своем сознании, как дом в памяти компьютера. Изнутри и снаружи, сверху и снизу. За исключением кольца. Кольцо все портит.

– Не хочешь мне объяснить?

– А зачем? Сначала я должен разобраться сам, – ответил Ричер.

– С Элли все будет в порядке?

– Надеюсь. Мы туда едем именно для этого.

– Думаешь, ее бабушка поможет нам?

Он пожал плечами.

– Сомневаюсь.

– Так чем же эта поездка поможет Элли?

Ричер ничего не ответил. Просто открыл бардачок, положил карты обратно и вытащил «хеклер-и-кох». Достал обойму и проверил ее. «Никогда ничего не принимай на веру». В обойме по-прежнему оставались все десять патронов. Он вставил обойму на место и отправил патрон в ствол. Потом взвел курок и поставил пистолет на предохранитель. Откинувшись на сиденье, Ричер засунул оружие в карман.

– Ты считаешь, тебе понадобится пистолет? – спросила Элис.

– Рано или поздно, – ответил он. – У тебя в сумочке есть запасная обойма?

Она покачала головой.

– Мне и в голову не приходило, что я когда-нибудь воспользуюсь оружием.

Ричер ничего не ответил.

– Ты в порядке? – спросила Элис.

– В полном порядке. Примерно так, как ты чувствовала себя во время процесса по делу Гарсия, но до того, как Бревер отказался платить.

– Да, я испытывала приятные ощущения, – согласилась Элис.

– То было твое дело, верно?

– Пожалуй.

– А это мое дело. Именно для таких дел я создан. Ради возбуждения, которое испытываешь, преследуя врага. Я следователь, Элис, всегда им был и всегда им буду. Я охотник. И как только Уокер дал мне звезду, у меня заработала голова.

– Ты знаешь, что происходит, верно? – снова сказала Элис.

– Если не считать кольца с бриллиантом.

– Расскажи.

Он не ответил.

– Расскажи, – настойчиво попросила Элис.

– Ты когда-нибудь ездила на лошади?

– Нет, я городская девочка. Самое большое открытое пространство, какое мне довелось увидеть в детстве, – центральная часть Парк-авеню.

– А я садился на лошадь однажды – вместе с Кармен.

– И что же?

– Лошади очень высокие. Наездник находится высоко в воздухе.

– Ну и?

– А на велосипеде ты каталась? – спросил Ричер.

– В Нью-Йорке?!

– А на роликовых коньках?

– Немного, когда это было модно.

– Ты когда-нибудь падала?

– Один раз, и довольно сильно.

Он кивнул.

– Расскажи мне об ужине, которым ты меня угощала.