Напротив моего подъезда стояла знакомая машина. С волнением бросила быстрый взгляд в зеркало заднего вида, отмечая, что выгляжу не очень хорошо. Однако, улучшить свою внешность уже не удастся.

Припарковавшись, с невозмутимым лицом покинула салон авто. Не замедляя шага и стараясь не смотреть по сторонам, поспешила к подъезду.

— Наташ! — громко окликнул меня Константин. Повернулась, сдерживая свои эмоции. Блондин, придерживая дверь, ещё не полностью вышел из машины. Смотрит на меня внимательно. Я бы даже сказала цепко. Решительно настроенный и до ужаса серьёзный.

— Привет, — ровно отозвалась и поёжилась от мороза, ожидая, пока мужчина подойдёт ближе.

— Привет, — захлопнув дверь и нажав на брелок, Костя остановился в паре шагов от меня, — Я бы предупредил о своём приезде, но ты меня заблокировала.

Не уловила в его словах укора или недовольства. Лишь сухая констатация факта. Совершенно не знала, что на это ответить. Оправдываться? Или, наоборот, начать с претензий?

— Разве это не намекает на то, что я не хочу говорить? — не удержалась от колкости, но тут же пожалела. Ведь не это хотела сказать, не так представляла наш диалог.

— А я хочу, — спокойно возразил он, — Нам не по пятнадцать. И как бы ты ни бегала, поговорить придётся.

— Слушаю тебя, — поторопила его, чувствуя, как замёрз кончик носа и мороз щекочет щёки.

— В дом не пригласишь? — хмыкнул Костя, засовывая руки в карманы пальто.

— Зачем? — изображая безразличие, пожала плечами, — Ты зря тратишь своё время. Столько проехал напрасно. Мы, кажется, всё решили.

— Ты решила, — не согласился он со мной, — Наташ, к чему все эти сложности? Я хорошо тебя знаю. Гордости в тебе вагон. Страдать, сожалеть будешь, но мне не покажешь.

— Хочешь легче? — невесело усмехнулась, смотря в его глаза. Вроде и близкий, и такой не чужой, а внутри меня барьер. Страх, что для него это игра. Приятное времяпрепровождение, не более, — Ну, давай. Доставай свой ежедневник. Посмотрим, когда у тебя окно. Я могу в пятницу с шести пятнадцати до семи. Сорок пять минут хватит? — понимала, что меня несёт, что надо по-другому, но не могла остановиться.

— Зачем ты себя так обесцениваешь? — поведя бровью, раздражённо спросил блондин, — Я никогда не относился к тебе так и ты не была просто досугом.

— А кем я была? — притворно изумилась, — Наверное, кем-то очень важным, да?

— Важной, — кивнул он серьёзно, — И продолжаешь ею быть.

— Тогда брось всё, Костя, — предложила с вызовом, — Пошли к чертям свою бывшую жену, работу, Ельск. Клиентов и тут найдёшь.

— Ультиматум? — прожёг меня колючим взглядом мужчина.

— Да, — набравшись храбрости и повыше подняв подбородок, ответила ему решительно.

Молчит. Желваки на скулах выделились. Глаза молнии мечут, но молчит. Это было лучше любых слов.