Изредка ей помогала её мать, что приходила и заливалась соловьём, как мне повезло встретить такую, как её девочка… В последнее время тёща настолько меня достала, что её визиты сократились до одного раза в пару месяцев, а в перспективе, планировалось пускать её только по праздникам. Моя мама тоже растеряла энтузиазм, и слово ""внучка"" уже не вызывало в ней прошлой эйфории. Порой мне казалось, что сдай они Анюту куда-нибудь, с глаз долой, и дышать им стало бы легче. Но стесняясь общественного мнения и боясь моей реакции, продолжали играть роли милых родственников. Я же любил дочь. Мне плевать, что у неё свои особенности и трудности. После очередной реабилитации у моей девочки наметилась положительная динамика и это придавало сил. Это окрыляло и вселяло уверенность, что мы ещё всем нос утрём, и Анютка станет моей звёздочкой. Она единственная ждала меня, верила в своего папу, нуждалась в нём и искренне любила. Ни за что-то, а просто так.

— Саша! — рявкнул, отбрасывая крышку со сковороды, меня просто бомбило от злости на жену.

— Чё? — не менее раздражённо спросила она, заходя на кухню и складывая руки на груди, как всегда, занимая позицию нападения.

— Где ужин? — стараясь контролировать свои эмоции, выдохнув, спокойно спросил у неё.

— Щас привезут, — закатила она глаза на мою недогадливость, — На улице пробки, они опаздывают.

— Да какого фига я должен постоянно есть из контейнеров, ты весь день дома, сложно поднять зад и приготовить? — повышая голос, спросил у этой неряхи и лодыря. Иначе не скажешь. Вокруг бардак, ничего не приготовлено, ну намарафетила она своё лицо, надела шелковый халат, только от красоты её сыт не будешь…

— Няня у Аньки заболела, я весь день с ребёнком…, — начала она обвинительно, тоже повышая голос.

— Ты издеваешься?! — взорвался я на эту её вечную отмазку, — Поэтому дочь мокрая, не расчёсанная, в коридоре на паркете рисует фломастером?

— Я отвлеклась, — пошла на попятную она, — Видимо, только сейчас описалась…

— Хочешь, я тебе скажу, когда это было, и чем ты была занята? — подходя к ней ближе, нарочито спокойно спросил у жены.

— Чем? — задрав подбородок, насмешливо спросила Саша.

— В соцсетях сидела, не вылезая, так что одна задница торчала, а дочь и не ела ничего, как я понимаю, за сегодня? — последнее просто доводило до ярости меня, так как не первый раз без няни остаёмся.

— Она не хотела, — пожала плечами эта… недомать.

— Ты просто… Анют, — позвал дочь и пошёл за чистыми колготками, — Пошли купаться и кушать. У нас молоко есть? — прокричал Сашке, с неё станется, что и продуктов не окажется в холодильнике. Забудет, как всегда, морду накрасить не забудет, а всё остальное из головы вылетает.

— Вроде…, — вяло отозвалась она.