Хоть я и практиковалась, и часто болтала по телефону на этом языке со своим русскоязычным другом, говорю я ещё на этом языке плоховато. Я бы сказала, как ребёнок, который умеет уже говорить, но окружающие его всё равно не понимают.

– Да, – отвечает мужчина и молчит.

– Я к нему, – оповещаю мужчину, криво улыбнувшись. – Скажите, что Аурора хочет его видеть! Аурора из Франции! Его племянница!

Мне волнительно! А что, если дядя решит меня не впускать? Что, если после истории с моей тётей он больше видеть меня не хочет? И тогда его слова на парковке были так… сказаны из вежливости?

– Подождите минуту, Аурора, – голос сменяется на более мягкий и приятный. – Я предупрежу господина о вашем визите, – просит он и впервые за последние два дня у меня появляется надежда, что не всё потеряно. И, возможно, я здесь выживу. Буду счастлива и свободна, как всегда мечтала. Сама буду решать, что делать и когда. За кого выходить замуж, кого любить и кого ненавидеть.

Ворота открываются и меня приглашают войти характерным щелчком отъезжающей двери. Благодарно приседаю в книксене перед камерой. Далее, быстро подхватив чемодан, стараюсь как можно скорее скрыться за высоким забором, где меня точно уже не схватит мой сумасшедший жених, его семейка и мой отчим.

– Аурора! – восклицает дядя, выскочив из дома и направившись ко мне. – Какой сюрприз! Ты какими судьбами здесь, родная? – говорит с широкой и приветливой улыбкой.

– Ну ты же приглашал, – мнусь, чувствуя себя неловко оттого, что как снег на голову свалилась.

Но больше не к кому было податься. Дима – мой друг. Он сейчас вместе со всей семьёй и родными в путешествие уехал. Поэтому и поехала к бывшему мужу моей тёти, который очень и очень добрый и всегда готов принять и помочь.

По крайней мере, я надеюсь, что он таким и остался. И его слова о том, что я всегда останусь для него близким человеком, не были пустышкой.

– Приглашал, – подтверждает и заключает в свои крепкие, но недолгие объятия. – Какая большая стала! Столько мы с тобой не виделись? Три года? Да?

– Больше, – киваю, полностью расслабляясь. Мне здесь рады несмотря ни на что. – Четыре года.

– Как же ты выросла! Как изменилась! – крутит меня в разные стороны, рассматривая. – Красавица! Настоящая красавица!"

"– Спасибо, – пожимаю плечами, смущаясь от его комплиментов. – Я не помешала? – указываю на ложку в его руке.

– Нет! Мы тройняшек сейчас кормим! Пошли! Иначе без третьего кормильца случится катастрофа! – восклицает и, свободной рукой схватив мой чемодан, затаскивает его в дом. Оставляет у лестницы, а меня приглашает идти с ним дальше в столовую.

– Красивый дом, – произношу, с восторгом рассматривая всё вокруг. То и дело натыкаясь на детские игрушки, явно разбросанные его дочерьми и сыном.