- Да нет, остальная кладка в порядке. Может, подложили? Но когда?

Уф. Значит, я просто не похожа на родственников. Что ж, бывает. Но ничего, неважно, какой у меня цвет глаз или волос, все мы люди, все мы человеки.

- Может, съесть, пока никто не видит?

Э… «Человеки» же?

Тем временем нахмурившийся мужчина подхватил меня на руки и тут я поняла, насколько мелкая. Я полностью помещалась у него на ладони!

- Великие предки! Еще и девочка!

Божечки-кошечки, только не говорите, что тут, где бы это ни было, махровый патриархат и рождение ребенка-девочки — горе в семье.

- Но как?! - продолжал убиваться папаша. - Как в кладку попало куриное яйцо?

Куриное?! Приехали. Я что, потенциальная птица счастья? В смысле — курица-гриль?!

- Олив, долго ты там будешь копаться? - прервал комедию ужаса властный женский голос. - Неси детей!

- Госпожа, у нас проблемы, - напряженно отозвался тот, кого назвали красивым именем Олив. - Ваша дочь, кажется, изменила мне с кем-то из пернатых.

- Что за чушь ты несешь?!

- Но по-другому я вот это объяснить не могу! - Папаша подхватил странную конструкцию, похожую на многоместную коляску, в которую он уже запихал остальных зверят, и, все еще удерживая меня в ладони, начал выбираться из болота.

Выбрался быстро — дошел до какой-то стены, открыл в ней дверь и вышел в нормальную комнату. Теплую, освещенную мягкой лампой под шелковым абажуром, обставленную старинной мебелью.

Где и показал меня на вытянутых руках некой женщине в возрасте. Так. «Госпожа». «Ваша дочь». Бабушка?

- Это было магическое оплодотворение! - Бабушка замахнулась и стукнула папашу по макушке веером, которым до этого интенсивно обмахивалась. Не больно, но явно обидно. - Как ты представляешь себе измену?!

- Вот так, - честно сказал папаша и предъявил меня, усадив на низенький инкрустированный столик.

- Что это? - шокированно переспросила бабушка, доставая что-то очень похожее на лорнет и принимаясь разглядывать меня через него.

- Цыпленок. И единственная девочка во всей кладке.

Бабка помолчала. Потом уронила лорнет и слабым голосом велела:

- Налей мне выпить… - Папаша метнулся куда-то в сторону, доставая небольшую бутылочку. - Да не эту сладкую дрянь, крепкого налей!"

"Отец вздохнул, щелкнул пальцами и перед нами практически материализовался некто, похожий на слугу в ливрее, с большой бутылью чего-то коричневого в руках. Олив отобрал бутылку у слуги и сначала налил бабушке почти полный бокал. А потом подумал и приложился сам. Прямо из горла.

- Пи-пиц, - только и смогла пискнуть я, усаживаясь на попу, покрытую мокрым желтым пухом.

Здравствуй, новый мир!

1189 год от зарождения первых кланов. Где-то…

- Пожалуй, лягушки обнаглели не по чину. - Голос в полутьме сочился ядом. - Надо указать им их место раз и навсегда.