Я же тихо примечала, как Орехов тайком млеет, когда мой сын искренне обнимает его или тащит вглубь сада — запускать воздушного змея.

В этот миг я отчетливо поняла, что маска злого нелюдимого человека, когда я только познакомилась с Ореховым в парке, наконец спала. Он заявлял, что ненавидит шум, людей и в особенности детей, но на самом деле лишь прикрывался, защищаясь от собственного недуга бесплодия. Защитная реакция психики — и ничего больше.

Вскоре мы подали заявление в ЗАГС и, приложив справку о моей беременности, получили дату через три недели. Артем, конечно, хотел “дать на лапу” регистратору, но я была категорически против.

— Три недели отличный срок, — остановила я будущего мужа. — Как раз хватит на подготовку, на платье. И я бы хотела пригласить маму на праздник. Ей нужно время, чтобы собраться и доехать.

— Твою маму? — несколько удивился Артем. — Ты же сама сказала, что она собирается свидетельствовать в пользу Виктора на суде. А значит, против тебя.

Опустив голову, я проглотила этот ком, потому что от поступка матери было до сих пор больно, но я выдохнула, а после произнесла:

— Просто она такой человек темный. Жила всю жизнь в крошечном городке, ей никогда не везло, и она всюду видела только плохое. Для нее даже такой мужчина, как Виктор, в первую очередь мужчина — а значит, грех раскидываться таким “счастьем”. Ну не понимает она, что в жизни может быть иначе. И я хочу ей это показать. Поэтому я уверена, если она увидит все своими глазами, то изменит мнение и встанет на нашу сторону.

— Что ж, выходит, мне придется очаровывать еще и тещу, — вздохнул Артем. — Но надо, значит надо. Конечно, приглашай.

Тем же вечером я позвонила матери и обо всем рассказала. О будущей свадьбе, о беременности, о том, что у Виктора отсужу родительские права и Максима вскоре усыновит Артем, ну и, само собой, пригласила ее в Москву.

Первая реакция у матери была шоковой, она просто молчала в трубку, а после расплакалась.

— Значит, у вас там все по-настоящему? — неверяще спрашивала она. — По любви?

— Да, мам, — с облегчением отвечала я. — И у нас будет ребенок. И да, я не работаю проституткой, как ты думала. Все действительно прилично. Так что приезжай. Я вышлю денег, сколько понадобится.

И мама расплакалась в трубку, просила прощения за то, что считала меня глупой, что сама поверила Виктору, думала, что он для меня лучший и единственный вариант. В итоге после разговора еще некоторое время я чувствовала себя опустошенной, но в то же время счастливой.

Кажется, даже мнение мамы менялось в лучшую сторону, и через неделю она обещала приехать. Ей хотелось не просто посмотреть на мою свадьбу, но и побыть с Максимкой подольше, так сильно она скучала по внуку.

И меня это окончательно расслабило.