А Ева… возможно, её доброта и чистота в этой игре станет её главной слабостью. В один миг дьявол пожалел, что вместо эгоистичного человека, пустившего приобретенную магию на улучшение своей жизни, он встретил это светлое и невинное существо. Этим миром правили редкостные сволочи. Поэтому Ева должна была либо смириться и стать одной из них, либо свернуть с пути. И Райнхард теперь не знал, какой из вариантов не нравился ему больше…

Девушка не дождалась ответа. Он был ей и не нужен. Она резко поднялась на ноги, потянулась к окну и открыла его нараспашку. Комнату резко наполнил дерзкий холодный поток ветра.

В такт ему она также резко стянула со своей шеи кристалл и сильно сжала его в своей руке, хорошенько замахнулась и со всей силы выбросила прямо на улицу. Как можно сильнее. Как можно дальше.

— Это грязная сила. Я отказываюсь от неё. Я хочу быть глупой наивной смертной, которая будет верить, что после смерти она переродится или попадет в лучший мир. А не станет жертвой войны дьяволов и ангелов, которым на неё абсолютно плевать.

Райнхард также поднялся. Он смотрел в спину Евы, которая была так решительна, но одновременно так нерациональна в своих действиях.

Дьявол не сдержал печальной улыбки.

— Он всё равно вернется к тебе.

— И тогда я выброшу его снова! — Тук-тук. — раздался женский голос возле двери и в комнату заглянула темноволосая головка Мари.

Она в растерянности юрко огляделась вокруг и, когда заметила стоящих у окна Еву и Райнхарда, широко лучезарно заулыбалась. В этой улыбке не было обычного огня и задора, но она сохраняла привычную мягкость.

— Вот вы где. Шепчетесь? — девушка скользнула внутрь и прикрыла за собой дверь.

 — Снаружи вас вообще не слышно, три раза прошла мимо комнаты, пока искала.

Ева обернулась, и когда Мари заметила её мокрые от слез щеки и покрасневшие глаза, лицо её приобрело краски сочувствия и нежного сострадания.

— Как ты, дорогая? — родным шепотом спросила девушка, подходя ближе и раскрывая свои широкие объятия.

— Уже лучше. — кивнула Ева, утирая щеку тыльной стороной ладони.

Она сделала шаг навстречу Мари и с печальным удовольствием пала в объятия подруги, с теплотой обнимая ту в ответ. Голубоглазая чертовка сочувствующе улыбнулась, поглаживая наследницу по спине.

Она выглянула из-за плеча Евы и негромко произнесла в сторону Райнхарда:

— Мистер Шац, вы можете идти, я справлюсь.

— Но… — хотел было возразить дьявол, однако Мари была непреклонна.

— Поверьте мне, мужская забота — это, конечно, хорошо. Однако иногда женщине ничего не может помочь так, как плечо верной подруги. Идите.

Несмотря на всю свою пылкость, наивность и ребячество, сейчас девушка звучала невероятно убедительно и даже мудро.