Потушить своей грязной магией это солнце, вечно озаряющее её мир.

Нет.

Второго шанса заслуживает каждый, но на второй проступок тебе стреляют в голову.

И Ева была так зла, что скорее готова была разорвать Дэниэля собственными руками, чем дать ему возможность забрать у неё Мари.

Вот только… что же ей делать, когда даже Райнхард не мог пробиться сквозь поставленную защиту?

Взгляд Евы судорожно начал метаться по барьеру, будто пытаясь найти в нем хоть какую-нибудь трещинку, хоть какое-то слабое место. От очередной волны пламени, расходившейся по всей поверхности защиты до самой земли, трава рядом с ним горела. Дьявольский огонь заставлял её покрываться чернотой и полыхал до последнего, пока каждая травинка не обратится в пепел. Лишь благодаря тому, что плотный слой зелени был начисто выжжен, сквозь пламя девушка смогла заметить желтый магический символ на земле, ровно в том месте, где барьер соприкасался с ней.

— Райнхард, там на земле руны! — вскрикнула Ева, теперь осознавая, почему защита Дэниэля была столь крепка.

Услышав это, дьявол перестал бездумно пытаться разрушить барьер силой. Но не успел он даже осмотреться, как наследница уже кинулась к замеченному желтому знаку. Вокруг него продолжало полыхать пламя, но это ни на секунду не остановило Еву. Подняв платье, она босыми ногами начала пытаться потушить его.

— Стой! — крикнул Шац, делая взмах рукой, чтобы огонь потух, не успев обжечь девушку.

Но было уже поздно. Кожа наследницы должна была покрыться волдырями от столь неестественно разрушающего пламени. Вот только адреналин и ужас от происходящего так сильно били в голову, что Ева будто бы не чувствовала никакой боли. На самом деле, её и не было. Огонь не причинил Мерриман никакого вреда. Райнхард заметил это, когда девушка упала на колени перед барьером и начала пытаться просто вырыть пальцами тот самый желтый знак. Дьявол лишь мельком успел взглянуть на кристалл, предполагая, что это он защищает свою хозяйку, но тот не подавал никаких признаков магической активности.

Наблюдая за тем, что делает взвинченная, кажется, обезумевшая девчонка, Дэниэль недовольно хмыкнул. Каждая складочка на его лице на секунду налилась эмоциями гнева, но в следующее же мгновение он снова злорадно улыбнулся. Опустив взгляд на Мари, столь безвольно лежащую у него в руках, он отвел ладонь от её груди, обрывая еле заметные паутинки магической энергии, через которые высасывал жизнь из девушки ранее. Его лицо смягчилось приторным сожалением.

— Кажется, нам нужно заканчивать как можно скорее, моя дорогая. — прошептал он ей, аккуратно касаясь подушечками пальцев бледной щеки.

Его ладонь заскользила дальше, в конце концов, нежно обхватывая затылок Мари.