– Теперь я понял свою ошибку и принимаю все твои доводы. Согласен и с Машей, и с тобой – будем искать в театрах.

– Вот только театров в Москве… – потер подбородок Гуров.

– Ничего, пробьемся. Главное – у нас есть отличная версия. Прямо-таки убойная версия, против которой даже Орлов ничего возразить не сможет!"

"– Хотелось бы, чтобы мы были правы… – задумчиво ответил Гуров, но потом кивнул и уже увереннее произнес: – Нет, наверняка правы! Не первый год в сыске работаем! А это хоть что-то да значит. Ведь так?

– Так, Лев Иванович, так, – согласился Крячко.

20

Рано утром Крячко столкнулся с Гуровым в дверях управления.

– Лев Иванович? – удивился Станислав, глядя на часы. – Ты что это в такую рань на работу приехал? Еще ведь только семь часов. Я думал, что ты с утра прямо в магазин на Тверской отправишься – допросы чинить, свидетелей опрашивать.

– Кхм, – смущенно откашлялся Гуров. – Да вот, не спится что-то. Думы разные одолевают. А в магазин рано еще. Суббота ведь. Начальство там если и появится, то только к девяти-десяти часам.

Крячко и Гуров вошли в коридор управления.

– Лев Иванович, Станислав Васильевич, ну разве ж так можно! Могли бы хоть предупредить, что ли! Целую ведь ночь покоя не было! Выл безбожно! Я уже и выводил его, и кормил. Как только оставляю одного – воет, и все тут. Так что забирайте его быстрее с глаз моих долой. Мне что ж, больше дел никаких нет, как в няньках у него ходить?!

Из-под стола дежурного полицейского навстречу полковникам выскочил Опер, радостно повизгивая и виляя хвостом.

– Ох, Андрей Андреевич! – хлопнул себя по лбу Крячко. – Я извиняюсь. Я ведь забыл сказать, что у нас в кабинете это вещественное доказательство мается. Ты извини, в задумчивости был. Теперь свою ошибку понял и буду впредь внимательней. Так ты говоришь, что уже выводил его на улицу?

– Так вечером еще. Утром не выводил пока. Некогда. Звонки один за одним принимаю и отлучиться с поста ну никак не могу. Вечером просил Митяева, моего сменщика, вывести псину, а утром он, – дежурный указал на Опера, – еще не гулял.

Гуров, нагнувшись, погладил щенка по голове, и тот сразу же упал на спину, подставляя полковнику брюхо.

– Как же это ты, Станислав, про него забыл? – спросил Лев Иванович, усмехаясь. – Небось утром только и вспомнил? Потому так рано и на службу примчался.

– А ты сам-то, Лев Иванович, чего там, в пакетике-то, принес? Чую, котлетками пахнет. На завтрак тебе, что ли, Маша дала котлетки-то? – съехидничал в ответ Крячко, указав на бумажный сверток, который Гуров держал в руке.