— Стронешь с места один камешек — остальные покатятся за ним, — сказал Лысухин. — Это — намного легче, чем пытаться сдвинуть с места сразу много камней. То есть дальше заключенные начнут агитировать друг друга. Ручаюсь, у них это получится гораздо лучше, чем у ваших, господин майор, агитаторов.

— Хорошо, — опять же не сразу произнес майор. — Можете приступать. Результат должен быть через неделю. Это крайний срок.

Сказано это было таким тоном, что Лысухину стало ясно без всяких дополнений: если через неделю заключенные не начнут сами проситься в диверсанты и каратели, Лысухину придется очень плохо.

А вместе с ним, наверное, и Старикову.

— Да, но… — почесал затылок Лысухин. — Как мы попадем к другим заключенным? Кто нас пропустит?

Майор ничего не ответил, повернулся и ушел. Лысухин подозвал к себе Грома. Гром Лысухину понравился с первого же взгляда. Это был крепко сложенный, со спокойным лицом и таким же спокойным взглядом человек. Помимо того, что взгляд Грома был спокойным, в нем, помимо того, светились рассудительность и ум. Люди такого склада всегда были Лысухину симпатичны, они вызывали в нем уважение и доверие, с такими людьми Лысухину всегда было спокойно.

Таким, к слову, был и Стариков: Лысухин невольно обратил внимание на то, что Гром и Стариков очень друг на друга похожи.

— Сейчас мы с тобой пойдем агитировать твоих землячков, — сказал Лысухин Грому. — Так что настраивайся на разговор. Подбирай самые проникновенные слова. Душа из тебя винтом, а сагитируй хотя бы одного! Иначе нам придется худо. Господин майор так и сказал…

— И как мы попадем в рабочую зону? — пожал плечами Гром.

— А хрен его знает! — развел руками Лысухин. — Но, думаю, попадем. Коль уж господин майор дал на то нам свое позволение…

Буквально через несколько минут после этих слов к ним подошел офицер с погонами лейтенанта.

— А вот и наш провожатый в пекло! — усмехнулся Лысухин. — Господин майор Литке напрасных слов не говорит! Этот со мной! — Лысухин указал на Грома. — Приказ господина майора!

— Ком! — сказал лейтенант, едва взглянув на Лысухина и на Грома.

Глава 21

Встречаться с земляками-однополчанами Грома Лысухину, в общем-то, было не резон.

Если разобраться, то для чего ему было лишний раз светиться в своем истинном обличье? Притом неизвестно было, как себя поведут эти самые земляки-однополчане и за кого они его посчитают. Лысухин и так, если вдуматься, сильно рисковал. Но и не идти было нельзя уже хотя бы потому, что у майора Литке могли возникнуть подозрения. Вот, дескать, идея Лысухина, а сам он отчего-то воплощать ее не стремится… Поэтому приходилось рисковать. Так сказать, открывать забрало.