Он вернулся к гостям, и ровным голосом изрёк:

- Чем же вызван ваш интерес, дети мои, к нашей бесценной святыни?

- Наш новый друг рассказал нам историю, согласно которой, икону похитил один из ваших монахов, - сказала Настя, - мы хотели бы знать, куда он мог её поддевать.

- Икона утрачена, дети мои, я боюсь что на этот раз уже навсегда. А вот и тот о ком вы говорили.

Дверь распахнулась и в комнату вошёл скрюченный мужчин в монашеском одеянии.

- Савелий подойди, не бойся, эти люди не причинят тебе вреда.

Покорно покачивая головой, вошедший приблизился на пару шагов и остановился.

Его глаза казались опустошёнными и смотрели куда-то в сторону, рот был приоткрыт, по куцей, совершенно седой бородёнке, скатывалось слюна.

- Это Савелий, он не сможет рассказать вам о пропавшей иконе, потому что уже давно не говорит ни слова. Новые люди его пугают, поэтому, если вы не против, я хотел бы отправить его обратно, в его келью.

- Вы увидели его, - вмешался Андрес Янович, - теперь пусть идёт, не гоже терзать убогого.

Настоятель подошёл к монаху, что-то прошептал ему на ухо, и приобняв за плечи, вывел за дверь. После этого отец Феофан перекрестился на стоявшую в уголке иконку и вернулся к гостям.

- Савелий вернулся в монастырь спустя три дня, после того как милиция нашла задушенную Верку, - продолжил Андрес Янович, - не отец Феофан, не я не смогли вытянуть из него даже слова. Мы так и не знаем, что же случилось Савелием и Веркой после того как они, забрав украденную икону, сбежали из своего жилища.

- Может мы сможем что-то выяснить, если вы расскажете нам от, чего вы вдруг начали поиски иконы, - сказал настоятель. Неужели она где-то проявила себя?

Обменявшись с Веней взглядом, Настя рассказала:

- Икону видели, она каким-то образом попала к нацистам, которые в годы войны, занимались массовой казнью людей.

Если наш Савелий не прикарманил икону, то как она попала к немцам? У вас есть на этот счёт какие-нибудь предположения?

Отец Феофан изменился в лице и уточнил:

- Вы говорите про Кресты? - до сей поры бесстрастное лицо священнослужителя озарилась гневом.

- Икону видели у Дитриха Фишера, - продолжала Настя его ещё называли «Крестовском душегубом», этот человек отправлял людей в газовые камеры. Кроме этого он ещё…

- Убивал людей голыми руками, - закончил за Настю отец Феофан.

- Откуда вы это знаете? - изумился Веня.

- Сюда приходят разные люди, многие являются чтобы рассказать о своих грехах, а кто-то просто делится своей болью, какой бы эта более не была. Ко мне приезжала женщина, она часто рассказывала о Крестах и о том, что там творилось.

- Ваша знакомая побывала в Крестах? - воскликнула Настя.

- Она одна из немногих, кто сумел там выжить.

- Вы можете сказать, где нам ее искать? Она жива?

Настоятель вопросительно посмотрел на Садовода, тот кивнул.