"

"— Ты сам на это напросился! — Ее все еще трясло оттого, что она только что чуть-чуть его не утопила, хотя и была готова прыгнуть за ним хоть в пропасть.

Рафаэль рассматривал ее искаженные черты.

— Ты похожа на fantasma, на привидение, а весишь ты как маленький мешочек с костями, — пожурил ее он. — Мне не нравятся костлявые женщины. Ты совсем себя запустила.

Сара закрыла глаза, чувствуя себя старой, никому не нужной зубочисткой.

— Оставь меня в покое, — пробормотала она по-детски, готовая в любую минуту разрыдаться.

— Тебе нужно отдохнуть. Dios, Сара, — пробормотал он, желая довести это до ее сознания, — ты ужасно выглядишь.

Он понес ее на руках по длинной лестнице. Затем скрипнула дверь и послышался женский возглас. Затем — тишина. Когда она открыла глаза, то с удивлением увидела на себе сосредоточенный взгляд Рафаэля. Он поставил ее на ноги, и она, предчувствуя неладное, торопливо сказала:

— Я сама.

— Не будь ханжой! Ты едва держишься на ногах, — заявил он, стаскивая через ее голову хлопчатобумажную светло-вишневую блузку. Юбка упала к ее ногам.

— Это сухое! — едва не задохнувшись, выкрикнула она, прежде чем он успел дотронуться пальцами до узких полосочек ее нижнего белья.

— Виеnо (Хорошо (исп.). — Он поднял ее, уложил в кровать и бесцеремонно накрыл одеялом. — Спать, — приказал он.

Свернувшись калачиком, она притаилась, дожидаясь, когда он задернет шторы. Она будет лежать не двигаясь на этой огромной, размером с футбольное поле кровати до тех пор, пока он не выйдет из комнаты. В общем-то, она не так уж и устала. Через пару минут она опять будет на ногах.

Глава 7

Сара проснулась от легкого стука в дверь. Консуэло вошла почти неслышно, включила свет и с улыбкой подала ей халат. Сара встала и с изумлением осмотрела роскошную спальню. Сразу по соседству находилась комната для одевания, из которой можно было пройти в экзотическую ванную, отделанную разноцветным мозаичным кафелем. Такое не снилось даже Алисе в Зазеркалье. Дальше — больше: Консуэло привела с собой служанку.

— Это Пиляр, senora. Она изучает английский и уже неплохо на нем говорит, — бодро заявила Консуэло. — Надеюсь, она вам понравится.

— Muchas giacias, Консуэло. — Выдавить из себя больше она просто не могла. Служанка? А что с ней делать? У ее родителей были экономка, кухарка, садовник и горничная, приходившие ежедневно из деревни. Но вот личных служанок у них никогда не было.

— De nada, sefiora (Не за что, госпожа (исп.), — широко улыбнулась ей Консуэло.

Сара спросила, где ее вещи, и Пиляр застенчиво проводила ее в комнату для одевания. Сара вытащила темно-синее платье и с извиняющейся улыбкой скрылась в ванной. Уже половина девятого, а до ужина ей еще хотелось повидать детей.