Бабы, старики, подростки. Как они будут бревна ворочать? Рядом топтался Юхан, смоля паршивые немецкие цыгарки, а на крыльце маялся Черепенькин. Увидев меня, бургомистр ссыпался по ступенькам. В руках он держал бумажку. Надо полагать — разрешение на производство работ в Подберезье.

— Доброе утро, Василий Порфирьевич! — сияя, как масляный блин, приветствовал меня городской голова. — Все сделал, как вы и просили. Машина, люди, в кузове также мешки с продовольствием. А пока разрешите-с откланяться!

Он сунул мне бумаженцию и поспешно ретировался. Я глянул на нижний край листа.

Все вроде в порядке. Печать. Подпись коменданта и даже виза начальника СД. И как это Черепенькин все успел? Помахивая листочком, я двинулся к Юхану. Узрев мою персону, чухонец вытянулся в струнку. Люди в кузове тоже смотрели на меня, но с плохо скрываемой неприязнью. Что ж, мне не привыкать. Обыкновенные жители оккупированного Пскова не жаловали коллаборационистов, хотя в большинстве своем понятия не имели, что это такое.

— Ну, Юхан, бери эту бумагу, садись в кузов и езжай в Подберезье.

— Что в этой пумаке? — подозрительно осведомился он.

— Ну как, что, — пробормотал я, заглядывая в документ. — Здесь написано… Здесь написано…"

"В бумаге, которую мне так радостно всучил бургомистр, было сказано, что военно-полицейская комендатура города Плескау благодарит лесозаготовительную компанию господина Сухомлинского за безвозмездное предоставление в распоряжение германского командования строевого леса… БЕЗВОЗМЕЗДНОГО! Старика князя хватит удар, когда он это узнает. Ну что ж, не он первый, кто прогорает на своем лучшем коммерческом предприятии. Главное, в связи с изложенным выше комендатура и служба безопасности дает добро на производство всех необходимых работ по заготовке и транспортировке бревен.

— Короче, Юхан, с этой бумаженцией тебя везде пропустят, — сказал я. — Я подъеду чуть позже.

Он взял документ двумя пальцами и полез в кабину. Шофер завел движок, и грузовик покатил по улице. Я двинулся обратно к дому Сухомлинского. Я решил пока ничего не сообщать старику. Пусть побудет в неведении. Меня волновало другое. Если «Тодт» действительно собирается строить исследовательский центр в Подберезье и шефом этого заведения будет сам Руди Брандт — личный референт Гиммлера, заместитель президента института Аненербе, начальник канцелярии министерства внутренних дел Германии, штандартенфюрер СС, коллекционер человеческих черепов — то высок шанс на то, что весь этот кипиш есть результат изучения папки академика Вернадского.

А значит, поставлять лес для этой стройки большая удача. Ведь я смогу бывать на объекте вполне легально.

— Герр Горчакофф, можно вас на минутку? — окликнули меня по-немецки.

Глава 10

Я обернулся.