За что же Мард-Риб хотел обречь его на вечные муки в Рашохе? Разве он поступил не по справедливости? Неужели он должен был простить этих животных, растерзавших его маленькую Ашахэ⁈ Нет, это было невозможно!!"

"Из-за таких, как Мард-Риб, с их философией попустительства злу, убийцы чувствовали себя свободно. Ирдегус ненавидел сына Яфры за это. За это он предал его. Да, теперь он вспомнил: дело было не в наслаждениях, которые порицал Несущий Свет, а в его идее непротивления. Какая чушь! Ирдегус резко развернулся и вошёл в комнату. Вдохнув дым, он тяжело опустился в кресло и прикрыл веки. Зло должно уничтожаться! Так он считал. Если мир жесток к тебе, ты должен стать ещё более жестоким. Ты — либо жертва, либо охотник. Третьего не дано. Этот урок он усвоил давно. Именно он заставил его стать тем, кем он теперь являлся — чёрным магом, готовящимся столкнуть легионы владыки тьмы с Мард-Рибом. Посмотрим тогда, как Несущий Свет сдастся на милость победителя, как он не ответит на направленное против него самого насилие! Легко проповедовать смирение, если ты можешь в любой момент превратиться в золотую птицу и сбежать на небо. А попробуй совладать с повелителем хаоса и его ракшасами! Мард-Риб думает, что легионы тьмы пройдут мимо небесного дворца его отца, но что, если они ворвутся в покои махараджи? Ирдегус был убеждён, что Мард-Рибу придётся вступить в бой, и тогда всем станет ясно, что он — лицемер, который не следует собственной религии.

Колдун сделал ещё один глубокий вдох и оставил чашу. Действия должно хватить на некоторое время. Нужно успеть насладиться минутами без боли.

Глава 4

Воин в помятых и посечённых латах сидел в глубоком кресле и потягивал из кубка горячее вино. Его бледные пальцы были тонкими и казались выточенными из мрамора — как и лицо с ястребиным носом и резко очерченными губами.

В камине полыхал огонь, бросая оранжевые и багровые отсветы на фрески и шпалеры, украшавшие стены, сложенные из простого грубого камня. В железных уключинах горели масляные светильники. В них добавляли благовония, и поэтому комнату наполнял тонкий приятный аромат.

— Как продвигаются наши дела? — человек с тихим стуком поставил кубок на подлокотник, прищурил глаза и смерил Ирдегуса холодным взглядом. — Надеюсь, ты помнишь, что мы зависим от сроков. Всё нужно сделать вовремя.

— Я заинтересован в этом не меньше, чем ты, — колдун нетерпеливо помешал кочергой угли в камине. — Но что я могу поделать⁈ Наёмники собираются медленно, жрецы требуют денег, а упрямые лесовики, заигравшиеся в сраных эльфов, не желают признавать своим предводителем человека.