В небе над поместьем кружили эмпуссии. На глазах у Савьера два крылатых демона сцепились в воздухе и, истошно вопя, принялись рвать друг друга когтями. Разума у них было не больше, чем у животных.

Каким-то образом нуадам удавалось держать их под контролем, но Савьер не верил, что такие могущественные существа навсегда останутся покорными. Их первобытная сила пугала его, с трепетом он думал о том, что однажды демонические создания сбросят оковы и растерзают тех, кому должны были служить.

Жрицы тоже пугали Савьера: их безжизненные глаза ничего не выражали, они мало говорили и растворялись в тенях, будто лишаясь физического воплощения.

Порой ему казалось, что нуады понимают друг друга без слов, связанные древними ритуалами, позволяющими передавать друг другу свои мысли.

Они изменили быт Дома-Над-Водой: грязные тарелки и кубки исчезали со столов, сундуки парили по коридорам или бегали на крошечных ножках, а еда готовилась без участия стряпух. Глядя на все это, Савьер понимал, почему когда-то нуады не были обучены владению оружием: это было им не нужно. Они прекрасно справлялись со всем с помощью магии, из которой, казалось, были сотканы даже их тела, покрытые переливающимися символами.

Он остановился перед крутым спуском к реке и прерывисто выдохнул. Что ж, если он погибнет, оступившись в темноте, туда ему и дорога.

Медленно, шаг за шагом Савьер начал спускаться, пытаясь сохранять равновесие и отставив свободную руку в сторону."

"Оказавшись у воды, он с облегчением прикрыл глаза и мысленно поблагодарил Трех за то, что сумел остаться на ногах. Воровато оглядевшись, Савьер зажал два пальца губами и свистнул. Звук получился слишком тихим, и, собравшись с духом, Савьер свистнул еще раз, уже громче, и тут же присел, скрывшись за колючим кустом.

Обученный сокол спланировал с высокого дерева и вцепился когтями в подставленную Савьером руку.

– Молодец, – шепотом похвалил он птицу. – Хороший мальчик.

Быстро достав из кармана туго свернутую записку, Савьер привязал ее к лапе сокола и погладил птицу по гладким перьям на шее. Утром он отправил другого сокола в Дом Кричащей Чайки в надежде, что послание дойдет до лорда Барелла. В записке Савьер предупредил его о том, что Лаверн собирается напасть.

Теперь ему нужно, чтобы птица добралась до Дома Наполненных Чаш и предостерегла его лорда и леди о том, что его брат замыслил что-то скверное.

– Давай, лети!

Савьер подбросил сокола в воздух, и тот, расправив крылья, полетел прочь, вскоре растворившись в сумерках. Он сделал все, что мог. Не будь он таким бесполезным, удрал бы, предупредил всех сам, но пока у него недостаточно полезных сведений для того, чтобы стать желанным гостем в домах других лордов.