— От этого они становится тем, что вам пока знать не обязательно. Может, вы и про то, какие способы снятия проклятий считаются универсальными, расскажете?

— Нет, — процедила я. — Этого я не знаю.

— Очень жаль, а я-то уже начал надеяться. Никто этого не знает, Танг. Садитесь на место.

— Что? — от неожиданности я моргнула.

А как же мое позорное исключение из академии?

И что значит — никто не знает⁈

Я что, все это время тратила силы зря?

— Ваше место. Прошу вас его занять.

Вид у ректора Стортона был усталый, как будто моя последняя фраза выкачала из него все силы.

С чего бы это?

— Но…

Я захлопнула рот и, сделав несколько шагов на нетвердых ногах, села на свое место — рядом с Томасом Морвелем.

— Ты такая умная, Унни! — прошептал он.

— Что?

Скажет тоже. Можно подумать, он не читал все учебники по три раза.

Может, правда не читал?..

— Итак, продолжим разбирать сегодняшнюю тему. Раз Танг, не готовясь, легко преподнесла вам основные положения, которые касаются проклятий, налагаемых с условием, от тех, кто готовился, я жду еще более впечатляющих результатов.

В этот момент открылась дверь, и на пороге появилась профессор Хейдар.

— Ректор Стортон, мне необходимо вас отвлечь.

Он нахмурился.

— Это что-то срочное? У меня занятие.

— Это из дворца. Связано с ее высочеством принцессой.

Ректор Стортон, еще секунду назад недовольный, мгновенно побледнел.

— Подмените меня, пожалйста.

Черная мантия взметнулась, когда он рванул к выходу из кабинета, профессор Хейдар едва успела посторониться. Бросив быстрый взгляд ему вслед, она покачала головой и вошла в кабинет, закрыв дверь.

— Что ж, займемся пока метаморфозами. Адептка Танг, с вами все в порядке? В больничное крыло не нужно?

— Да. — Я встряхнулась и попыталась сделать вид, что мне не хочется расплакаться прямо сейчас. — Прошу прощения, профессор Хейдар. Переволновалась.

Глава 33

Я не помню, как прошел остаток занятий. Возможно, на меня косо смотрели, возможно, шептались за спиной — я не могла заставить себя обращать на это внимания.

— Почему он так на тебя взъелся? — разозленной кошкой прошипела Ирма.

Весь день она не отходила от меня ни на шаг, имела самый грозный и расстроенный вид из всех возможных.

Даже восковые незабудки на ее ободке, кажется, поникли.

— Боится за свое место, — ответил ей Томас Морвель. — Хотя уверен, что ему никакие законы не писаны. Его величество недавно подписал указ, по которому ректор Стортон стал герцогом. Его величество крайне к нему благосклонен.

— Между нами ничего нет, — вяло сказала я. — И не было.

Томас в ответ на это недоверчиво фыркнул.