Одетый с иголочки: сапоги начищены, рубаха заправлена в брюки, поверх камзол, застегнутый на все пуговицы. Образ чуть портили волосы, спадающие на лицо, но так он скрывал повязку. А щетина мужчине даже шла. Хорошо, что не побрился.

Дракон встал у порога, не осмеливаясь его пересечь, словно там проходила невидимая магическая черта, отрезающая путь чудовищам. Как бы я хотела, чтобы она и правда там была! Возможно, тогда бы мне спалось спокойнее.

— Я принес твою книгу, милантэ, — Дракон протянул мне книгу, которую я обронила в его кабинете. — Кажется, ты ее не дочитала.

— Благодарю, — я забрала подарок. Хотя какой это подарок? Книга принадлежит мне, а Дракон ее себе присвоил. Получается, он вернул то, что по праву мое.

— Идем, — мужчина предложил мне руку. — Я покажу тебе Морабатур и окрестности такими, какими вижу их я.

Я шагнула к мужчине и вложила пальцы в его раскрытую ладонь. В ту же секунду мир разлетелся на осколки. Исчезло все: моя комната, девушки в ней, коридор, даже звуки с запахами и те пропали. И только мужчина, держащий меня за руку, был рядом.

Я уже знала, что происходит, и потому не испугалась. Дракон применил магию, перемещая нас через пространство.

Один взмах ресниц, и я не в своей спальне, а на вершине скалы. Ветер с яростью трепал одежду, словно хотел порвать ее на лоскуты. Солнце припекало макушку. Его лучи вспарывали толстобокие тучи. Окрестности Морабатура, которыми так восторгается Дракон, пугали меня своей дикостью.

Я обхватила себя за плечи, мечтая спрятаться от этого мира. Может, он и красив в своей необузданности, но его шипы слишком остры. Они больно ранят меня.

Дракон накинул мне на голову легкий платок, защищая тем самым от солнца.

— Посмотри, — сказал он. — Разве не красиво?

Мы стояли на верхней точке Морабатура — смотровой площадке одной из башен. Над нами было только небо, а внизу расстилался огненный мир: десятки извергающихся вулканов, лава, текущая по склонам, сгустки тумана в низинах. Раньше мне казалось, все здесь однотонно, черно и серо, но здесь множество красок. Вулканы окрашивают небо в сиреневый и желтый. Лава переливается всеми оттенками красного. Этот мир нарисован безумным художником, любителем смешивать краски и плести узоры.

— Красиво, — признала я. — И страшно."

"— Красота бывает разной, — Дракон пожал плечами. — Иногда она пленяет, иногда умиляет, а иногда пугает. Неизвестно, какой эффект сильнее. Когда я попал сюда впервые, я возненавидел огненные земли. Прошло много лет, прежде чем я научился их любить.

Я замерла, ловя откровения Дракона. Его послушать, так он не родился здесь. «Когда я попал»… Где же ты был до этого?

— И все же это мертвая красота, — заметила я. — Здесь ничего не живет.

— Уверена? — мужчина приподнял брови.