Кто бы подумал, что я осмелюсь поцеловать Дракона. Должно быть, я сошла с ума.

— Вам не о чем тревожиться, матушка, я не опозорю вас, — произнесла я сквозь слезы. — Оставьте меня, и я сделаю, что должно, — взгляд метнулся к выходу на балкон. Оттуда я спрыгну, избавив себя и родных от бесчестия.

— Довольно реветь, — поморщилась княгиня. — Слезами горю не поможешь. И думать забудь о самоубийстве. Я этого не допущу.

— Я не достойна вашего сына, матушка, — прошептала я.

— Это мне решать. Пока я не вижу для него лучшей партии.

— Как же так? — я приподнялась с подушек. — После ночи с Драконом я уже не буду чистой…

— Значит, не будет никакой ночи.

— Но тогда он убьет вас!

— Может, и нет, — княгиня перевела взгляд на Иридию, которая сидела у моего изголовья и обмахивала меня краем балдахина.

— Ваша светлость, — пробормотала подруга. Румянец резко сошел с ее щек.

— Ты же понимаешь: честь княжны важнее твоей, — в голосе княгини прорезалась сталь. — Ты не просто подружка для задушевных бесед. Тебя приставили к Касильде, чтобы ты ее оберегала. Сделаешь, что велю, и я позабочусь о твоем будущем. Найду тебе хорошего, богатого мужа, как только все закончится.

Мне были знакомы эти аннотации. Когда ее светлость говорила так, даже сын не осмеливался ей перечить. Вот и мы с Иридией притихли, втянув головы в плечи.

— Наденешь платье княжны, — озвучила княгиня свой план, — скроешь лицо платком, и явишься к Дракону вместо Касильды.

— Он догадается о подмене.

— Разумеется, догадается. Это неизбежно. Но если сделаешь все правильно, он поймет, когда будет уже поздно. В какой-то момент ему, как и любому мужчине, станет все равно, кто ты. Сумеешь его ублажить, он тебя не тронет. Довольный мужчина не склонен к злобе.

Подруга шумно сглотнула. Край балдахина дрожал в ее руках, такой ее бил озноб. Не выдержав, она замотала головой:

— Я не могу! Не могу!

Княгиня отвесила ей звонкую пощечину, и подруга умолкла. При этом ее светлость смотрела на меня. Показалось, она ударила Иридию, чтобы не ударить меня.

— Он убьет меня, — прошептала Иридия обескровленными губами.

— Замолчи! Или ты забыла, в чем твоя главная обязанность?

— Заботиться о княжне.

— Так заботься.

Иридия склонила голову, подчиняясь. Я все это время слушала их разговор молча, но тут не выдержала:

— Я не позволю Иридии рисковать жизнью из-за меня! Это моя ошибка, мне за нее и отвечать.

— Ты сделаешь так, как скажу я, — осекла меня ее светлость. — Это приказ княгини.

Я сникла. А тут еще подруга добавила:

— Не надо, — качнула она головой. — Ее светлость права. Не будь меня, вы бы убежали от стража и были бы сейчас на свободе. Но вы вернулись, княжна, чем сохранили мне жизнь. Быть может, как раз для того, чтобы я смогла занять ваше место.

Я молчала.