Отец сидел за своим рабочим столом, понуро опустив голову, пока мужчина напротив него говорил что-то на повышенных тонах. Басистый тон с хрипотцой выдавал пагубную привычку обладателя голоса, но я понятия не имела, кем являлся собеседник моего отца.

Внезапно мой телефон, ютившийся в кармане брюк, громко зазвенел. Уведомление из приложения, сигнализирующее о том, что мне нужно полить цветы. Отлично.

— Кто там? — раздалось из кабинета.

Меня заметили. Незачем было отпираться или еще хуже, убегать и прятаться в гостиной. Постучавшись в знак приличия, я схватилась за ручку и вошла внутрь.

— Здравствуйте, — вежливо кивнула, обращаясь к взрослому, седому мужчине, взор которого был устремлен в мою сторону. Его лицо мне показалось знакомым, но я не могла вспомнить, где видела его прежде. — Папа, я хотела предложить вам чаю, — не придумав ничего более подходящего, что могло бы объяснить мое присутствие за дверью, пропищала я. Нужно было сделать это до того, как меня заметили в дверном проеме.

Если бы мне не было столь неловко, возможно, я заметила бы растерянное выражение лица папы.

— Хорошо, Настенька, — ласково согласился он, кивая.

— Тогда я пойду, — слабо улыбнувшись, я хотела развернуться, но вдруг мужчина остановил меня.

— Это твоя младшая?! — спросил он. На его морщинистом, худощавом лице отобразилась удивлённая гримаса. Я посмотрела на папу и сразу же заметила недовольство во взгляде. Он жестом попросил меня выйти из комнаты. — Постой!

— Альберт Михайлович, у нас мало времени, — буркнул мой отец.

Альберт Соколовский. Холодок прошелся по позвоночнику, когда я узнала этого человека.

— Настя, верно? — играючи переспросил он, кладя ногу на ногу. Он обвел взглядом мое лицо, а затем осмотрел меня с ног до головы. Стало жутко неприятно. — Знаешь, Николай, — тон его голоса смягчился, а в глазах блеснули искры. — Твоя Анастасия стала просто красавицей, — добавил Соколовский. — Помню тебя вот такую мелкую, — он вытянул руку над полом, будто изображал маленький рост.

Когда все комплименты были мною получены и меня благополучно выпустили из кабинета, я глубоко выдохнула, будто освободилась от тяжелого экзамена.

— Варвара Степановна, давайте я, — обратилась к кухарке, которая разливала ароматный чай по чашкам.

— Дочка, какая-то ты поникшая, — заметив смятение на моем лице, обратилась ко мне женщина. — Случилось что?

Женщина стала протирать кухонную утварь большим полотенцем, а я посмотрела на свое отражение в зеркальном чайнике, стоящем на плите.

— У папы гости, — непроизвольно произнесла я. Кухарке это ни о чем ни говорило, ведь к отцу часто приходили люди. — Отнесу им чай.

Поправив волосы, я схватила поднос со стола.