— Не смотри на меня так, я уверена, что твой папа это дело так не оставит. Чтобы его любимая дочь вышла замуж за урода…

— Даша, не говори так! — прервала я подругу. — Он не виноват в том, что с ним случилось…

Послышались быстрые шаги и в гостиную вошла Алиса, цокая каблуками и широко улыбаясь. Я подбежала к старшей сестре и крепко обняла ее.

— Смотри на меня, — подняв мое лицо за подбородок, заботливо протянула она. — Не смей плакать.

Я всегда завидовала ее стойкости и умению контролировать свои эмоции. Алиса всегда чётко знала, чего хочет от жизни, а Агату и меня называла двумя истеричками. Кажется, я видела ее слезы лишь единожды и уже даже не вспомню, что послужило тому причиной. Сейчас, расположившись в центре дивана, в белой соболиной шубе, игнорируя мою подругу, она внимательно слушала меня, кивая.

Варвара Степановна принесла нам травяного чаю, а мне еще стакан молока с шафраном. Женщине было известно, что происходит в доме, но она молчала и никуда не лезла, успокаивая меня лишь тогда, когда мы оставались с ней наедине.

— Расскажи о нем, Алиса, — робко спросила я. — О… Михаиле… — запнувшись, я с трудом произнесла его имя.

— А что ты хочешь знать? — сложив губы трубочкой, ответила она. Голос сестры подрагивал. Даша уже поехала домой к тому моменту, когда мы остались с Алисой одни.

— Расскажи все, что знаешь…

— Я знала его по институту. Он на несколько лет старше меня.

Значит, он тоже учился в МГИМО, как и мы. Сестра подошла к панорамному окну и посмотрев на улицу, резко задвинула шторы.

— Симпатичным парнем был, — она задумчиво развернулась, а я внимательно слушала, пытаясь представить его.

«Он был симпатичным».

— Но тем еще балагуром, — Алиса закатила глаза, будто сама удивилась тому, что сказала. — Характер у него был омерзительный, девок постоянно менял как перчатки, — она брезгливо поморщилась.

Почему-то от подобной оценки «жениха» их уст сестры мне стало неприятно. Я надеялась на то, что он хотя бы был неплохим человеком до покушения, но и в этот раз осталась беспощадно разочарованной.

— Но всяким дурам безмозглым он нравился, — фыркнула сестра. — Смазливый, тусовщик, да еще и с огромными бабками. Типичный представитель золотой молодежи. Девчонки сами вешались ему на шею, — презренно протянула Алиса.

Я пораженно уставилась на сестру. Мне было тяжело поверить в ее слова. Она точно говорила о Михаиле? Я представляла его совсем другим…

— Потом со своей Маринкой познакомился.

— Маринка… это? — пропищала я уже догадываясь об ответе на этот вопрос.

— Жена его покойная, — резко ответила Алиса. — С нами училась. Нравилась всем, — скучающим тоном произнесла она. — Но выбрала Мишку.

Я смотрела в одну точку перед собой и мне от слов Алисы стало безумно тоскливо.