— Эй, у нее любимым был, между прочим, капитан Джон Смит!

— Ух ты, — промурлыкал он в трубку, — колючка любит мультики. Признавайся, кем ты себя представляла?

Я улыбнулась, выруливая на подъездную аллею «Костей»

— Даже не зна-аю-ю, — протянула я, — наверное, русалочкой.

— Н-да.

— Что?

— Я думал Бель.

— Почему? — засмеялась я, увидев издали Тима, расхаживающего во дворе усадьбы с внушительным роучем на голове.

— Потому что заколдованное Чудовище у нас уже есть.

Глава 8.1

Кир

— Не то, чтоб я очень уж рассчитывал, — в этот раз меня выплюнуло порталом в кабинет.

В мой.

Светослав сидел на диване, пролистывая какие-то бумаги, поднял голову, вопросительно вскинув брови. Каждый раз, отправляясь на поиски, я все меньше верил в успех. Слишком много раз обламывался. Казалось, что задача нереальная. Потому что я тот, кто я есть. Не подарок, чего скрывать.

Кощей.

Наследник отцовских цепей и отцовской же тьмы. Все это не просто страшная сказочка пугать детишек, как теперь принято верить.

Я не могу быть добряком, прощающим, подставляющим вторую щеку.

Я даже просто добряком не могу.

Каждый раз так и подмывает поступить подло, не по чести.

Что-то будто рвется изнутри, ломает кости, стоит только задуматься пойти против натуры. Довольно сложно в этом свете найти дурочку, готовую пойти за меня, ради меня.

Без своих резонов и планов.

Ганна, например.

Я ей нужен, потому что бессмертный, богатый, не стыдно подругам показать. Лиши меня всего этого, она первая побежит к папочке требовать аннулировать помолвку. И будет, к слову, права."

"— Красивая хоть? — пожав плечами на откровенный подкол, я налил себе вискаря из початой бутылки на столе.

В этот раз я даже не пытался влезть к девке под юбку, чтобы проверить степень чистоты. Сразу понял, что не то. Меня к ней не тянуло совершенно. Даже мысли не возникло. Ладная, светловолосая, простая, как пять копеек. Мог бы охмурить в два счета, но не хотелось.

Не было в ней света.

И интереса тоже никакого к ней не было. Почему-то, глядя в ее глаза, видел другие. Полные обиды и гнева. Там, в примерочных, стажерка моя показала себя вдруг другой. Чего скрывать, с самого начала я считал ее доступной. Да и как не посчитать, когда в первые же сутки знакомства позволила мне так много, не прямо чтоб сильно сопротивляясь.

Я даже не был обходительным! И ничего — так согласилась, ноги раздвинула по собственному желанию. В примерочной тоже возмущалась исключительно словами. Все остальное говорило, орало об обратном!

И все равно обида и горячие обвинения не выходили из головы. Я бы и рад не думать об этом, но, видя ее каждый раз, когда приходила ко мне с отчетом, вспоминал колкие слова, все чаще видя за обвинениями искреннюю горечь и разочарование.