Предложение же насобирать, так сказать, уже достигших коллекционного состояния жуков девушка брезгливо отвергла: «Они нужны мне в идеальной форме!»

– Нет, я про дома! – Лика ткнула пальцем в ближайший «ком». – Я читала, что аммы строят их из собственной слюны, на воздухе быстро твердеющей и приобретающей прочность камня в сочетании с легкостью пены. Такому домику не страшны наводнения, он просто приподнимется на якоре и опустится обратно, когда вода спадет. Правда стройка требует много времени и сил, поэтому у бедняков на нее уходят годы, а богачи нанимают специальные бригады плевателей. Смотрите, смотрите, это как раз они!

На неровном фундаменте будущего «коттеджа» рядком сидели трое аммов. Как и их коллеги по всей Галактике, они не перетруждались, в буквальном смысле поплевывая на еле-еле движущуюся работу.

Лика с щенячьим восторгом шагнула к чудо-дому – и с бульканьем скрылась под водой. Над поверхностью осталась только рука, за которую ее продолжал удерживать брат.

Тед выждал необходимое для воспитательного процесса время и рывком выдернул сестру обратно.

– Вот именно поэтому шлем и не открываем, – нравоучительно пояснил он. – Иначе был бы у тебя полный скафандр ила, как кое у кого в прошлый раз.

– И веди себя осторожнее, – строго добавил капитан. – Это все-таки защитные скафандры, а не водолазные. На длительные погружения они не рассчитаны.

– Могли бы хоть табличку воткнуть, что там яма, – пролепетала Лика, так судорожно дыша, будто действительно чуть-чуть не утонула.

– Зачем? Аммам она не мешает, они же двоякодышащие – есть и жабры, и легкие, – напомнила Полина. – Да тут почти вся живность такая… Ой, смотрите, Babylonia tentacles!

Станислав и парни удрученно переглянулись: теперь одержимых девиц в команде было две и они разбегались в разные стороны.

Переставлять ноги становилось все сложнее – вода колыхалась уже на уровне пояса, изредка понижаясь до колена или повышаясь до груди. Некоторые прохожие стали проплывными, и у Лики возникло дурацкое ощущение, будто она бредет по мелкому гостиничному бассейну, причем одетая.

– А почему мы на флайере не полетели? – робко спросила она."

"– Сесть почти негде и сушить потом долго, натечет с него на полтрюма. Ничего, сейчас гидрокар стопорнем. – Тед уверенно направился к одинокому, выкрашенному в красный цвет «дереву». Врывать здесь столбы было бессмысленно, рано или поздно все равно подмоет и повалит, поэтому аммы просто растили их в нужном месте, обрезая лишние побеги и нижние листья.

– Чего?

– Вон как раз один плывет.

Пилот забрался на полузатопленный помост у столба и растопырил руки, привлекая внимание местной «маршрутки».

Не прошло и минуты, как о помост заплескались мелкие волны.