Просто вытащила и торжественно протянула ему заныканную в кармане печеньку.

* * *Пассажирский космопорт отличался от грузового специализированными залами ожидания: хлорным, водным и кислородным в зависимости от потребностей путешественников. Для самых привередливых имелись индивидуальные барокамеры, где можно выставить состав атмосферы, давление и гравитацию с точностью до сотой доли процента. Впрочем, большинству пассажиров удавалось приспособиться к стандартным двадцати пяти процентам кислорода, а авшуры, по слухам, могли выдержать и местные одиннадцать, но предпочитали сидеть под куполом вместе с остальными, дыша по полной (не иначе как из жадности).

До рейса оставалось всего ничего, зал был переполнен улетающими и провожающими.

– Как удачно я в больницу загремел! – заметил Теодор, придирчиво осмотревшись, принюхавшись и скривившись. С остальной компанией Лика наскоро, но оттого не менее душевно распрощалась еще у шлюза. – А то пришлось бы тебе тут два дня на стульях куковать.

– Да ну ее к чертям собачьим, такую удачу! – ужаснулась девушка. – Покуковала бы, фигня вопрос.

– Малая, ты же девушка, – в шутку упрекнул ее пилот.

 – Что это за «к чертям», «фигня»?

– Ерунда, – отмахнулась Лика. – Уж при тебе-то я могу побыть самой собой!

– Крутым пацанчиком?

– А то! Может, по пивку напоследок вдарим? – подмигнула девушка. – Станислав Федотович уже не видит.

Теодор с интересом поглядел на барную стойку, но, обнаружив свою любимую марку светлого, неожиданно приуныл:"

"– Блин, а капитан-то прав… Вечно я всякой дряни малолеток учу!

– Малолетки сами учатся, – утешила его сестра. – У тех, кем восхищаются.

– Угу… – Тед вспомнил своего кумира Манкса, оказавшегося слабаком и подлецом, и помрачнел еще больше.

Раненая нога (как назло, правая) довершала сходство с хромым пиратом. – А если восхищаться там на самом деле нечем?

– Глупости!

– Во-во, одни глупости и есть…

– Брось, со стороны виднее! Ну, может, не сразу… Но я хочу тебе кое-что подарить, на память.

Лика приоткрыла чемодан и вытащила оттуда злополучный семейный альбом.

– Эй, ты что, по моей каюте шарила?! – возмутился Теодор, выхватывая его у сестры.

– Ага, мы с твоими друзьями прикидывали, как будем наследство делить.

Полине шлем, Дэну носки, капитану – плакат с голой теткой. – Девушка без сопротивления разжала руки и уже серьезно пояснила: – Ты же просил привезти тебе новый скафандр и белье, а альбом как раз на трусах лежал.

– Я Дэна просил!

– Ну и я с ним зашла, что тут такого?

Пилот промолчал, сделав себе пометку провести с напарником еще одну воспитательную беседу насчет человеческих заморочек.

– В общем, это тебе. – Девушка ткнула пальцем в альбом, не отбирая, а прижимая его к Теду.