Хотя, это самое ожирение вряд ли грозило Варваре Белицкой. Она была худой, не изящной, как фарфоровая статуэтка, как любят описывать субтильных девушек, не стройной, она была просто худой. С длинными ногами, хотя и стройными, такими же длинными руками, пальцами на руках. Подтянутые ягодичные мышцы придали задней части хотя бы формальный объём, а грудь… грудь у Вари была, как и у любой девочки она начала расти лет в двенадцать, почти достигла единицы и на этом остановилась.

Варвара даже подумывала, в припадке мракобесия, об операции по увеличению этой части тела, но отмела эту мысль, как мешающую позитивному мышлению.

Так что, она была просто худой, с помощью физических упражнений добавив контура некоторым частям тела, но тощей от этого быть не переставала. Было бы глупо гневить судьбу и жаловаться на недостаток веса, при таких-то модных формах, как у неё.

Варя и не жаловалась. Жаловалась она на то, что при её обмене веществ, она могла есть жареную картошку на ночь, запивать пивом, обедать парочкой дюжин домашних пельменей, а завтрак игнорировать полностью, и при этом всё равно оставаться худой, даже тощей, но всё время находилась на какой-то перманентной диете.

В офисе худели все, без исключения. Ресторанчик, куда Варя, если удавалось, забегала в обед, пестрил «фитнес — блюдами», а рядом с ценой за порцию красовался столбик «ж/б/у». Волшебное сочетание жиров, белков и углеводов. Приятельницы тоже постоянно худели или делали вид, что худели, ковыряясь в салате из листьев свёклы.

Что уж говорить про дом, где среди сверкающих и хромированных поверхностей не могла проскочить лишняя калория, а если и просочится что-нибудь, не соответствующее здоровому образу жизни — будет уничтожено на месте самим Антоном Стрелецким — идеальным мужчиной во всех отношениях."

"Варваре иногда хотелось, если бы она умела, наварить щей на свином окороке, крупно нарезать картошку, сделать пассировку на сале, сливочном и подсолнечном масле только для того, чтобы подать блюдо Тоше и посмотреть на его лицо, выкладывая в тарелку добротную ложку жииирной сметаны. И приготовить в день своей овуляции, когда он просто обязан исполнить свой долг наследникоделателя, несмотря на тошноту и страшные картины перед глазами. Не одной же ей страдать! А что он хотел? Слияние двух капиталов требует жертв, если не кровавых, то калорийных!

Чем больше думала Варвара о своём идеальном мужчине, его идеальных мышцах и пропорциях, здоровом питании, экологически чистых материалах, которым отделаны её квартира и загородный дом, тем больше злилась, и лупила руками и ногами по защите Мигеля всё с большим и большим остервенением.

— Ээй, эй, эй, Варвара, хватит! — остановил Мигель Варю, пока у неё не стало темнеть в глазах.